Ей было восемь лет, когда отец проиграл её в карточной игре.
У старшей сестры было всего три часа, чтобы отыграть её обратно, прежде чем мужчина придёт за ней — как за своей собственностью.
Дедвуд, Территория Южной Дакоты, 1877 год.
Томас Гарретт потерял всё — из-за алкоголя, карт и собственного отчаяния. Когда у него закончились деньги в салуне «Джем», человек, выигравший его последнюю руку — Буллок, печально известный поставщик детского труда для шахтёрских лагерей — предложил ему выход.
Погасить долг.
Отдать младшую дочь, Эмму.
Томас подписал. И одним дрожащим росчерком пера он приговорил восьмилетнюю девочку к рабочему лагерю, где дети сортировали руду, пока их пальцы не начинали кровоточить. Большинство не доживало до пятнадцати лет.
Когда Сара Гарретт, пятнадцати лет, вернулась домой после смены в прачечной и узнала, что сделал её отец, она не закричала. Она не сломалась. Она стояла неподвижно, позволяя тяжести этих слов осесть. А затем начала думать.
Три часа.
Один хрупкий шанс.
И одно знание, которого у её отца никогда не было: ясность.
Сара знала Буллока. Его знали все. Жестокий человек, скрывавшийся за видимостью законности. Он заставил её отца подписать контракт, чтобы сделка выглядела законной. А это означало, что её можно оспорить.
Сара знала и ещё кое-что.
В Дедвуде появился новый федеральный судья — человек, который публично заявил, что ребёнок не может быть связан трудовым договором из-за долгов родителя.
На рассвете, когда город ещё спал, Сара направилась в здание суда. Судьи там не было, но был его клерк. Она рассказала всё — голос дрожал, но не ломался. Клерк сомневался: как пятнадцатилетняя девочка может разбираться в договорном праве?
Но Сара годами тайно читала старые юридические книги своего отца. Страница за страницей при свете свечи. Достаточно, чтобы выстроить безупречный аргумент: контракт нарушал территориальные трудовые законы, загонял несовершеннолетнюю в долговое рабство и был подписан человеком, находившимся в состоянии сильного опьянения.
Клерк выслушал её. А затем разбудил судью.
Судья Айзек Паркер прочитал контракт, внимательно расспросил Сару и принял решение, которое навсегда изменило две жизни. Он издал срочный судебный запрет и потребовал, чтобы Буллок и Томас явились в суд тем же днём.
В полдень, когда Буллок пришёл за Эммой, его у порога встретила худенькая девушка-подросток с документом, скреплённым федеральной печатью. Буллок пришёл в ярость, но отступил. Даже он не осмелился нарушить федеральный приказ.
Тем же днём, в переполненном зале суда, судья Паркер аннулировал контракт. Он объявил его незаконной попыткой торговли ребёнком. Он предупредил Буллока, что любая дальнейшая попытка приведёт к тюрьме. Затем он повернулся к Томасу Гарретту и лишил его всех родительских прав.
И сделал то, чего никто не ожидал.
Он назначил Сару — пятнадцатилетнюю — законным опекуном Эммы.
Но у Сары началась новая борьба.
Две девочки.
Без дома.
Без родителей.
Без денег — кроме мелочи, заработанной стиркой белья.
И она сделала то, что делала всегда. Она подумала.
Она обратилась к пяти женщинам-предпринимательницам в Дедвуде, предлагая сделку: пониженная оплата труда в обмен на еду и кров для обеих сестёр. Длинные часы. Тяжёлая работа. Полная отдача.
Четыре отказали.
Пятая — вдова по имени Марта Буллок — открыла дверь и сказала «да».
В течение трёх лет Сара работала по шестнадцать часов в день, пока Эмма училась в новой общественной школе. Сара откладывала каждую монету. Она чинила одежду, скребла полы, носила воду, почти не спала и ни разу не пожаловалась.
К 1880 году она накопила достаточно, чтобы арендовать небольшое помещение. Она открыла собственную прачечную.
К 1882 году здание стало её собственностью.
Она наняла шесть женщин, платила справедливую зарплату и предоставляла безопасное жильё тем, кто в нём нуждался. Эмма, теперь тринадцатилетняя, вела бухгалтерию и училась бизнесу рядом с сестрой.
Когда Эмме исполнилось восемнадцать, Сара оплатила ей обучение в педагогическом колледже. Эмма стала учителем, затем директором школы, а позже — активной защитницей реформ против детского труда по всей Южной Дакоте.
Сара так и не вышла замуж.
«Я уже вырастила одного ребёнка», — говорила она с лёгкой улыбкой. — «И справилась лучше многих, имея вдвое меньше ресурсов».
Она управляла бизнесом до 1910 года и вышла на пенсию в сорок восемь лет, за это время дав работу более чем ста женщинам и обеспечив стабильность десяткам других.
Эмма в итоге стала первой женщиной в своём округе, занявшей должность школьного суперинтенданта. Она приписывала все свои успехи сестре.
Когда Сара умерла в 1923 году, газеты называли её успешной предпринимательницей.
Эмма рассказала настоящую историю.
Историю пятнадцатилетней девочки, которая спасла сестру с помощью одной книги по праву, ясного ума и трёх драгоценных часов.
Позже судья Паркер сказал, что дело Сары Гарретт научило его тому, что он никогда не забывал:
«Справедливость — это не всегда наказание виновного. Иногда это наделение способных силой».
И такой была Сара.
Не могущественной.
Не богатой.
Не защищённой.
Просто способной.
Ясно мыслящей.
Решительной.
У неё не было оружия, денег или влияния.
У неё была одна ночь, одна книга законов и непоколебимая вера в то, что жизнь её сестры стоит борьбы.
И этого оказалось достаточно, чтобы превратить трагедию в наследие.
Из сети
29.01.2026
Несмешные истории
Кстати, про борьбу за рождаемость.
В администрации Дональда Трампа настоящий бэби бум.
Пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт беременна вторым ребёнком. Не будет покидать свой пост до самых родов.
Вторая леди США Уша Вэнс, жена вице-президента Джей Ди Вэнса беременна четвёртым ребёнком. Это историческое событие: она первая "вторая леди" в современной истории США, которая родит во время пребывания мужа в должности.
Жена заместителя главы аппарата Белого дома по политике Стивена Миллера Кэти Миллер беременна четвёртым ребёнком.
Это у них не борьба за рождаемость как таковая. В администрации Трампа люди в основном религиозные, придерживающиеся пролайф взглядов - полного отрицания абортов. Таким образом своим примером демонстрируют отношение к жизни и детям, как к дару Божьему. Поэтому стремятся к многодетности.
В общем, что исповедуют, то и проповедуют. Честны перед самими собой и перед своими избирателями.
И что-то я среди российского политического истеблишмента ничего такого не наблюдаю.
Как, прикажете, простым людям верить этому самому истеблишменту и рожать как можно больше детей, если истеблишмент сам не рожает?
В администрации Дональда Трампа настоящий бэби бум.
Пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт беременна вторым ребёнком. Не будет покидать свой пост до самых родов.
Вторая леди США Уша Вэнс, жена вице-президента Джей Ди Вэнса беременна четвёртым ребёнком. Это историческое событие: она первая "вторая леди" в современной истории США, которая родит во время пребывания мужа в должности.
Жена заместителя главы аппарата Белого дома по политике Стивена Миллера Кэти Миллер беременна четвёртым ребёнком.
Это у них не борьба за рождаемость как таковая. В администрации Трампа люди в основном религиозные, придерживающиеся пролайф взглядов - полного отрицания абортов. Таким образом своим примером демонстрируют отношение к жизни и детям, как к дару Божьему. Поэтому стремятся к многодетности.
В общем, что исповедуют, то и проповедуют. Честны перед самими собой и перед своими избирателями.
И что-то я среди российского политического истеблишмента ничего такого не наблюдаю.
Как, прикажете, простым людям верить этому самому истеблишменту и рожать как можно больше детей, если истеблишмент сам не рожает?
Привет, Земля!
Сразу предупреждаю: на звание автор года не претендую, лавры Бушкова мне не жмут. Это так — мемуары «в стол», записки на полях памяти. Решил выложить только потому, что в прошлый раз вы так тепло приняли рассказ о родителях, что я даже на мгновение почувствовал себя писателем. Но иллюзии быстро прошли, так что строго не судите.
Про папу. Часть вторая.
Мамы в моей жизни почти не было. Она ушла, когда мне было всего два, — гепатит. Сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю: её можно было спасти. Всего-то и нужно было, что начать лечение вовремя. Но мои родители — люди из такой глубокой провинции (считай, из самой тайги), где к врачам идут, только когда уже «всё». Мама терпела до последнего и сдалась лишь тогда, когда боль просто выключила сознание. Как говорится, "Поздно пить «Боржоми» Шура", когда судьба уже всё решила за тебя. Из той больницы она так и не вышла…
Отец остался один с двумя пацанами на руках, младшему из которых было всего полгода... Тут на сцену вышел старший брат отца — проявил семейную солидарность и забрал мелкого в деревню на воспитание. А я остался с батей. Смерть мамы его подкосила. Знаете, это только в песнях мужчины — кремень, а на деле в таких ситуациях мы ломаемся куда быстрее и болезненнее.
Мамина история вообще тянет на драму. Она вышла замуж вопреки воле своего отца. Тот, судя по всему, был человеком суровым и дочку просто проклял. Не знаю, насколько это правда, но жизнь у неё после свадьбы действительно пошла наперекосяк. Муж (мой дорогой родитель), приняв на грудь, нередко решал, что кулаки — лучший аргумент в споре. Пьяные дебоши, чужая сторона, одиночество… И финал в 22 года.
Она приснилась мне всего один раз, когда мне уже самому было под сорок. Женщина в сером, замотанная в ткань так, что видны только глаза. Проснулся и понял: это была она. Пришла попросить молитвы или просто напомнить, что она где-то там есть. Да…
У отца личная жизнь потом так и не склеилась. Характер у него был — врагу не пожелаешь, да и дружба с бутылкой продолжалась. Пил он «с огоньком»: наклюкается и давай буянить. Коронный номер — орать на меня часами. Ну, часами, не часами, но каждый по себе, наверное, знает, что минута с горячей сковородой в руке и минута с горячей девушкой в руках - это такие РАЗНЫЕ минуты. Знаете, он меня не бил, но иногда я думал: «Пап, лучше бы ты разок врезал и отстал». Потому что он не просто кричал, он вытягивал из меня душу, припоминая все грехи, а кто в детстве не ошибался?
Но, справедливости ради, отцовский долг он нес как умел. В детдом не сдал, за здоровьем следил, игрушки покупал. Моим личным «Роллс-Ройсом» был двухколесный велик. Правда, поездил я на нем недолго. Жили мы в районе, где уровень криминала был выше уровня жизни, и батя, логично опасаясь, что коня у меня тупо отжмут, спрятал его в кладовку. Он и сейчас там висит, видимо, ждет внуков. Еще помню какой-то странный конструктор недо-Лего, эмбрион кубика Рубика и резиновый мячик. Остальное я мастерил сам: скрутил себе из проволоки ниндзю и с ним самозабвенно косплеил Брюса Ли…
Говорят, нынче лонгриды не в моде — все хотят быстро и весело. Так что на этом поставлю точку. Если история «зайдет» — продолжим, если нет — ну, на нет и суда нет.
С., по ГОСТу. )))
(P.S. Если так пойдет и дальше, скоро буду шифровать свои приветы азбукой Морзе из двух точек) )))
Сразу предупреждаю: на звание автор года не претендую, лавры Бушкова мне не жмут. Это так — мемуары «в стол», записки на полях памяти. Решил выложить только потому, что в прошлый раз вы так тепло приняли рассказ о родителях, что я даже на мгновение почувствовал себя писателем. Но иллюзии быстро прошли, так что строго не судите.
Про папу. Часть вторая.
Мамы в моей жизни почти не было. Она ушла, когда мне было всего два, — гепатит. Сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю: её можно было спасти. Всего-то и нужно было, что начать лечение вовремя. Но мои родители — люди из такой глубокой провинции (считай, из самой тайги), где к врачам идут, только когда уже «всё». Мама терпела до последнего и сдалась лишь тогда, когда боль просто выключила сознание. Как говорится, "Поздно пить «Боржоми» Шура", когда судьба уже всё решила за тебя. Из той больницы она так и не вышла…
Отец остался один с двумя пацанами на руках, младшему из которых было всего полгода... Тут на сцену вышел старший брат отца — проявил семейную солидарность и забрал мелкого в деревню на воспитание. А я остался с батей. Смерть мамы его подкосила. Знаете, это только в песнях мужчины — кремень, а на деле в таких ситуациях мы ломаемся куда быстрее и болезненнее.
Мамина история вообще тянет на драму. Она вышла замуж вопреки воле своего отца. Тот, судя по всему, был человеком суровым и дочку просто проклял. Не знаю, насколько это правда, но жизнь у неё после свадьбы действительно пошла наперекосяк. Муж (мой дорогой родитель), приняв на грудь, нередко решал, что кулаки — лучший аргумент в споре. Пьяные дебоши, чужая сторона, одиночество… И финал в 22 года.
Она приснилась мне всего один раз, когда мне уже самому было под сорок. Женщина в сером, замотанная в ткань так, что видны только глаза. Проснулся и понял: это была она. Пришла попросить молитвы или просто напомнить, что она где-то там есть. Да…
У отца личная жизнь потом так и не склеилась. Характер у него был — врагу не пожелаешь, да и дружба с бутылкой продолжалась. Пил он «с огоньком»: наклюкается и давай буянить. Коронный номер — орать на меня часами. Ну, часами, не часами, но каждый по себе, наверное, знает, что минута с горячей сковородой в руке и минута с горячей девушкой в руках - это такие РАЗНЫЕ минуты. Знаете, он меня не бил, но иногда я думал: «Пап, лучше бы ты разок врезал и отстал». Потому что он не просто кричал, он вытягивал из меня душу, припоминая все грехи, а кто в детстве не ошибался?
Но, справедливости ради, отцовский долг он нес как умел. В детдом не сдал, за здоровьем следил, игрушки покупал. Моим личным «Роллс-Ройсом» был двухколесный велик. Правда, поездил я на нем недолго. Жили мы в районе, где уровень криминала был выше уровня жизни, и батя, логично опасаясь, что коня у меня тупо отжмут, спрятал его в кладовку. Он и сейчас там висит, видимо, ждет внуков. Еще помню какой-то странный конструктор недо-Лего, эмбрион кубика Рубика и резиновый мячик. Остальное я мастерил сам: скрутил себе из проволоки ниндзю и с ним самозабвенно косплеил Брюса Ли…
Говорят, нынче лонгриды не в моде — все хотят быстро и весело. Так что на этом поставлю точку. Если история «зайдет» — продолжим, если нет — ну, на нет и суда нет.
С., по ГОСТу. )))
(P.S. Если так пойдет и дальше, скоро буду шифровать свои приветы азбукой Морзе из двух точек) )))
Навеяно историей про бассейн: https://www.anekdot.ru/id/1575949/
Лет дцать назад ходил в бассейн в одном из спальных районов Москвы, где как и в той истории было полно "купающихся теток за 50".
В отличии от прошлой истории в этом бассейне тетки любили купаться парами, одна с правой стороны стороны дорожки, другая с левой. Обогнать их нельзя было даже поднырнув, т.к. глубина бассейна была небольшой и был риск получить ногой, т.к. тетки купались практически стоя вертикально.
Благо в бассейне был хамам и тетки периодически удалялись туда погреться, после чего, полностью игнорируя душ, потные плюхались в бассейн. Но в эти 10 минут можно было плавать относительно спокойно.
Т.к. офисная работа плохо влияла на позвоночник - я часто плавал на спине.
А с учетом купающихся теток - это была целая проблема.
И вот выбрал я себе дорожку, где купалась всего одна тётка. На остальных дорожках количество теток было существенно больше, а еще на одной - проходили групповые занятия с тренером.
Сначала пришлось убедить тётку, что нужно плавать с одной стороны дорожки, а не по центру, чтобы другие могли с ней разминуться. С недовольным лицом она стала купаться ближе к краю дорожки.
Плаваю в одну сторону на животе, если тетка плывет с "моей" стороны, чтобы ее обогнать слева. А в обратную сторону, когда тетка на противоположной стороне и моя сторона дорожки свободна, плыву на спине.
И что может пойти не так?
Стою я в начале дорожки и собираюсь плыть по своей стороне, на встречу по противоположной стороне плывет тетка, которой остается еще метров 7 до конца дорожки.
Всё чисто, погнали...
Поворачиваюсь лицом к бортику с силой отталкиваюсь и начинаю плыть кролем на спине в весьма быстром темпе и через пару секунд удар головой, от которого клацают зубы и слегка темнеет в глазах, а потом врезаюсь спиной в рыхлую массу (тетка оказалась весьма упитанной).
Далее визг и мат тетки на весь бассейн...
Оказалось, что пока я разворачивался, чтобы оттолкнуться от бортика плыть на спине, тетка решила сменить и направление купания и сторону дорожки...
Не доплывая эти 7 метров до конца дорожки, она развернулась и поплыла обратно уже по "моей" стороне, а я, не имея глаз на макушке, просто проплыл по ней, при этом хорошенько приложившись головой о её пустую черепную коробку....
По её визгам создавалось полное ощущение, что произошло покушение, минимум — таран с умыслом, а возможно и посягательство на честь.
После инцидента «пострадавшая сторона» заняла на дорожке стратегическую позицию и продолжила оздоровительные процедуры в режиме «вертикальное парение с минимальным горизонтальным перемещением», окончательно превратив дорожку в живую инсталляцию «Плотина имени водной аэробики».
Остальные участники купаний смотрели с лёгким осуждением на того, кто осмелился развивать скорость выше, чем у дрейфующего континента.
В итоге никто из желающих нормально плавать и высказывающих своё фи тренерам и руководству клуба, так и не смог добиться того, чтобы тренера следили за порядком на дорожках.
Мораль у истории простая:
Общественный бассейн — это место, где:
- правила носят рекомендательный характер,
- если на дорожке купающиеся тётки, это уже не плавание, а социальный эксперимент..
- плавание на спине автоматически делает человека участником лотереи «Кто сегодня внезапно развернётся поперёк курса», с главным призом в виде титула "Человек-торпеда" и тотального осуждения в глазах всех купающихся тёток...
Лет дцать назад ходил в бассейн в одном из спальных районов Москвы, где как и в той истории было полно "купающихся теток за 50".
В отличии от прошлой истории в этом бассейне тетки любили купаться парами, одна с правой стороны стороны дорожки, другая с левой. Обогнать их нельзя было даже поднырнув, т.к. глубина бассейна была небольшой и был риск получить ногой, т.к. тетки купались практически стоя вертикально.
Благо в бассейне был хамам и тетки периодически удалялись туда погреться, после чего, полностью игнорируя душ, потные плюхались в бассейн. Но в эти 10 минут можно было плавать относительно спокойно.
Т.к. офисная работа плохо влияла на позвоночник - я часто плавал на спине.
А с учетом купающихся теток - это была целая проблема.
И вот выбрал я себе дорожку, где купалась всего одна тётка. На остальных дорожках количество теток было существенно больше, а еще на одной - проходили групповые занятия с тренером.
Сначала пришлось убедить тётку, что нужно плавать с одной стороны дорожки, а не по центру, чтобы другие могли с ней разминуться. С недовольным лицом она стала купаться ближе к краю дорожки.
Плаваю в одну сторону на животе, если тетка плывет с "моей" стороны, чтобы ее обогнать слева. А в обратную сторону, когда тетка на противоположной стороне и моя сторона дорожки свободна, плыву на спине.
И что может пойти не так?
Стою я в начале дорожки и собираюсь плыть по своей стороне, на встречу по противоположной стороне плывет тетка, которой остается еще метров 7 до конца дорожки.
Всё чисто, погнали...
Поворачиваюсь лицом к бортику с силой отталкиваюсь и начинаю плыть кролем на спине в весьма быстром темпе и через пару секунд удар головой, от которого клацают зубы и слегка темнеет в глазах, а потом врезаюсь спиной в рыхлую массу (тетка оказалась весьма упитанной).
Далее визг и мат тетки на весь бассейн...
Оказалось, что пока я разворачивался, чтобы оттолкнуться от бортика плыть на спине, тетка решила сменить и направление купания и сторону дорожки...
Не доплывая эти 7 метров до конца дорожки, она развернулась и поплыла обратно уже по "моей" стороне, а я, не имея глаз на макушке, просто проплыл по ней, при этом хорошенько приложившись головой о её пустую черепную коробку....
По её визгам создавалось полное ощущение, что произошло покушение, минимум — таран с умыслом, а возможно и посягательство на честь.
После инцидента «пострадавшая сторона» заняла на дорожке стратегическую позицию и продолжила оздоровительные процедуры в режиме «вертикальное парение с минимальным горизонтальным перемещением», окончательно превратив дорожку в живую инсталляцию «Плотина имени водной аэробики».
Остальные участники купаний смотрели с лёгким осуждением на того, кто осмелился развивать скорость выше, чем у дрейфующего континента.
В итоге никто из желающих нормально плавать и высказывающих своё фи тренерам и руководству клуба, так и не смог добиться того, чтобы тренера следили за порядком на дорожках.
Мораль у истории простая:
Общественный бассейн — это место, где:
- правила носят рекомендательный характер,
- если на дорожке купающиеся тётки, это уже не плавание, а социальный эксперимент..
- плавание на спине автоматически делает человека участником лотереи «Кто сегодня внезапно развернётся поперёк курса», с главным призом в виде титула "Человек-торпеда" и тотального осуждения в глазах всех купающихся тёток...
Мать школьника обратилась за помощью к юристу из-за того, что её муж устроил разборки с учительницей. Женщина искренне не понимает, за что писать заявление, потому что удара не было.
Примерный семьянин как никак.
Примерный семьянин как никак.
Послать донат автору/рассказчику
История Соломона Марковича (https://www.anekdot.ru/id/1575947) разблокировала личное отпускное воспоминание.
Сразу предупреждаю - в истории присутствует алкоголь и подростково-незрелое хулиганское поведение, у отдельно взятых высокоморальных личностей моя история, возможно, даже вызовет гневно-нервное порицание.
Было это в начале 90-х, когда российские граждане только начали выезжать на рубеж с естественной целью отдохнуть (в Санкт-Петербурге работала кажется одна или две турфирмы всего). Посчастливилось поехать первый раз за границу и мне, страна была выбрана из немногочисленных тогда "загранично-бюджетных", по совету папиного друга-бизнесмена - Кипр. По настоянию родителей я поехал с мамой (папа работал как проклятый на ответственной должности и поехать не смог, очень обидно за него было, но отправить нас отдыхать было именно его решение). А учитывая, что я на тот момент уже жил пару лет без всяких родителей в общаге такого мегаполиса как Санкт-Петербург ("будь осторожнее, в этом городе пять миллионов бандитов" - наша студенческая поговорка, когда кто-нибудь собирался в двенадцатом часу к метро за сигаретами), и справедливо считал себя уже взрослым человеком (19 лет - это уже возраст, когда пора становиться самостоятельным), в обществе мамы я сильно скучал по своим институтским друзьям. Но это только поначалу.
Моя мама, человек очень общительный, попав первый раз за границу, бросилась знакомиться с соотечественниками. Сначала она познакомилась с какой-то пафосной семьёй, состоящей из мамы и дочки примерно моего возраста и я попытался подкатить к дочке, но безуспешно - будучи довольно привлекательной внешне, внутренне эта особа оказалась совершенно избалованной "принцесской", которой студент из провинции, судя по ее надменному взгляду, никак не проходил статусно (а что вы хотите от "того кто в 17 лет убежал из дома" в общагу жить, пытающегося "понять того кто учился в спецшколе"). Сейчас таких особей много, они становятся героинями мемов, но тогда для меня было удивительно, что девочка моего возраста общается со мной с неохотой. Потом моя общительная мама познакомилась с мамой и сыном моего возраста (видимо, в тот год на Кипре был бум отдыхающих мамочек с великовозрастными дитятками). Сын мамы номер 2, студент судостроительного института, мой ровесник, аналогично скучал на кипрской жаре, томясь от отсутствия общения с соотечественниками и соотечественницами. Мне надоели надменные взгляды и фразы высокомерной "принцесски" и я мысленно послал её нахуй, в реальности просто избегая ее компании. Мы подружились со студентом судостроительного. Вечером свалили от наших предков и пошли "по барам".
Кипрский городок Протарас, бывшая рыбацкая деревушка, застроенная отелями и апартами - кто бывал тот знает. Улица центральная, проходящая через весь курортный городок, состояла из плотного ряда баров, ресторанов, клубов и караоке. У нас с собой были карманные деньги (у судостроителя побольше) и стойкое желание повеселиться (при этом мы оба были первый раз за границей и знали манеры поведения разве что на уровне "руссо туристо, облико морале"). В первом баре мы взяли коктейль "черный русский", исходя из соображений - ну мы же русские, мы обязаны такое попробовать! "Черный русский" скорее надо было назвать "Смыв в ду́ше с тюменского нефтяника" - в исполнении какого-то третьесортного кипрского бара он оказался низкосортным высокоградусным пойлом, которое застревало в глотке, хотя градусами нас было не удивить, живя в общаге мы пили водку и даже спирт "Рояль". Во втором баре, уже слегка хмельные, мы попросили порекомендовать нам что-нибудь. Нам принесли два дорогих коктейля "Рэмбо спешиал" в огромных стаканах чуть ли не по литру, в которые было намешано много разных алкогольных и безалкогольных субстанций, очевидно, воедино слитых в кухне бара из каких-то остатков недопитых коктейлей. Потом были ещё третий и четвертый бары, где мы мешали всё что только можно и нельзя с точки зрения даже прожженного алкоголика. В результате в нас одновременно проснулся мультяшный волк "щас-спою" и нас понесло на караоке. Окосев от коктейлей, мы долго водили косыми взглядами по списку песен (на дворе было начало 90х и там не было ни одной песни на русском), потом наконец выбрали песню, это была единственная неоднократно слышанная нами обоими и популярная тогда "Crying" группы "Aerosmith" (как мы думали, в списке почему-то не было названия исполнителей). Наизусть эту вещь ни я, ни мой друг не знали. Ничего, буквы на экране-то мы прочитать сумеем, решили мы, глядя на то, как какой-то английский пухляш тужится на сцене, выдавливая пьяные аккорды под какую-то композицию под одобрительные возгласы своих друзей. И вот наш час настал! Два российских студента в состоянии "врагу не сдается наш гордый Варяг" вылезли на сцену и мутными взглядами уставились на спасительный экран, предвкушая бурные овации. До моего уха донеслось начало мелодии и... это был совсем не "Аэросмит". Неизвестная мелодия с совсем другим, каким-то блюзовым, кажется, ритмом заполнила караоке-клуб. По экрану поползли знакомые с точки знаний английского, но незнакомые с точки знания песни, фразы. Мы начали петь... Иноземный народ затих и смотрел на это безобразие, охреневший. Такого непопадания в ноты, растягивания отдельных слов и наоборот, нелепой скороговорки в стиле «англо-русский рэп» (потому что по экрану уже подсвечивалась другая фраза, а мы ещё пели предыдущую), этот клуб не видел с момента своего основания. Если бы где-то проводился конкурс на худшее исполнение, мы бы точно в нем победили. Если бы тогда были массово смартфоны, мы бы точно стали героями интернета и вошли в мемы раньше той тётки с заголовком "Мы не знаем эту песню, если бы мы знали эту песню, но мы не знаем эту песню". Когда шок посетителей прошел, начались робкие посвистывания и английский мат с мест, намекающий на непрофессионализм нашего искренне-душевного исполнения незнакомой песни. Тогда я решил объяснить нашу позицию и как мог сказал в микрофон: «Люююуди, аууууу! Тврищи! (Что я имел в виду, то ли тварищи, то ли товарищи) Этож… икск…кьюз ми… икспромт!», и тут замученный нашим исполнением диджей забрал у меня микрофон и включил какую-то попсу, а поскольку мы не застали на сцене, стоя в позе "Матрос Железняк и его боевой друг перед расстрелом", народ взобрался на сцену и стал танцевать возле нашей скульптурной композиции. Мой друг судостроитель недовольно сказал: «Я под ткое гвно нне танцую!» и неожиданно вынул кассетный плеер из кармана, о наличии которого я не подозревал, включил и нацепил наушник один себе, второй мне. В наушниках зазвучала классика, это была группа «The Doors». Под нее даже стоять было кайфово.
После нашего позора мы пошли на пляж, смотреть на лунную дорожку и еще что-нибудь выпить. «Че мы как девочки коктейлями пытаемся набухаться?» - спросил судостроитель. «Точно, давай в маркет зайдем нормальной водяры бутылку возьмем» - ответил я. В маркете мы неожиданно передумали и решили из уважения к Кипру выпить «ихней водки «узо». Как я потом прочитал, местные в большинстве своем этот напиток пьют слегка разбавленным. Мы этого не знали, поэтому взяв что-то из закуски, поперли на пляж.
Была громкая протарасская ночь, со всех сторон бубухала музыка с дискотек, а мы сидели на лежаках и думали, где взять стаканы (светлых мыслей о том, что их надо было купить в магазине, в наши замутненные алкоголем головы не пришло). На пути к пляжу попался ларечек, где днем выдают напитки. В нем мы нашли целую стопку совершенно новых стаканов и взяли парочку. А вот пивной кран там почему-то не работал, но может это и к лучшему. Не оценив искренности нашей нужды в стаканах, за нами погнался какой-то не то охранник, не то работник отеля, мы от него каким-то нелепым образом убежали, спотыкаясь, вдоль пляжа. Совсем выбившись из сил, примостились на лежаки и стали уничтожать «водку имени Ивана Грозного» (так мы ее прозвали, ибо анисовая она).
...Как я пришел в отель, как нашел свой этаж и номер, что говорила бедная мама непутевому сыну – не помню. Теперь-то я понимаю, чего она, родная, натерпелась - в чужой "капиталистицкой" стране чадо свалило в неизвестном направлении, просто сказав что пошло погулять и приперлось среди ночи "в дрова". Ночью мне было очень плохо, утром – очень стыдно, с судостроителем мы больше не бухали, я боялся что он захочет продолжения банкета (надеюсь он сейчас не бухает на работе, проектируя суда), и провел оставшиеся дни отпуска с пафосной девушкой, которая от скуки снизошла, позволив находиться рядом и худо-бедно общаться. А я перенял её манеру общения и тоже начал с ней лениво общаться. Сейчас я практически не употребляю спиртное, только символически по праздникам - не тот возраст, хуже переношу последствия употребления, да и желания нет.
Всем отпускникам - хорошего отдыха!
28.01.2026
Сразу предупреждаю - в истории присутствует алкоголь и подростково-незрелое хулиганское поведение, у отдельно взятых высокоморальных личностей моя история, возможно, даже вызовет гневно-нервное порицание.
Было это в начале 90-х, когда российские граждане только начали выезжать на рубеж с естественной целью отдохнуть (в Санкт-Петербурге работала кажется одна или две турфирмы всего). Посчастливилось поехать первый раз за границу и мне, страна была выбрана из немногочисленных тогда "загранично-бюджетных", по совету папиного друга-бизнесмена - Кипр. По настоянию родителей я поехал с мамой (папа работал как проклятый на ответственной должности и поехать не смог, очень обидно за него было, но отправить нас отдыхать было именно его решение). А учитывая, что я на тот момент уже жил пару лет без всяких родителей в общаге такого мегаполиса как Санкт-Петербург ("будь осторожнее, в этом городе пять миллионов бандитов" - наша студенческая поговорка, когда кто-нибудь собирался в двенадцатом часу к метро за сигаретами), и справедливо считал себя уже взрослым человеком (19 лет - это уже возраст, когда пора становиться самостоятельным), в обществе мамы я сильно скучал по своим институтским друзьям. Но это только поначалу.
Моя мама, человек очень общительный, попав первый раз за границу, бросилась знакомиться с соотечественниками. Сначала она познакомилась с какой-то пафосной семьёй, состоящей из мамы и дочки примерно моего возраста и я попытался подкатить к дочке, но безуспешно - будучи довольно привлекательной внешне, внутренне эта особа оказалась совершенно избалованной "принцесской", которой студент из провинции, судя по ее надменному взгляду, никак не проходил статусно (а что вы хотите от "того кто в 17 лет убежал из дома" в общагу жить, пытающегося "понять того кто учился в спецшколе"). Сейчас таких особей много, они становятся героинями мемов, но тогда для меня было удивительно, что девочка моего возраста общается со мной с неохотой. Потом моя общительная мама познакомилась с мамой и сыном моего возраста (видимо, в тот год на Кипре был бум отдыхающих мамочек с великовозрастными дитятками). Сын мамы номер 2, студент судостроительного института, мой ровесник, аналогично скучал на кипрской жаре, томясь от отсутствия общения с соотечественниками и соотечественницами. Мне надоели надменные взгляды и фразы высокомерной "принцесски" и я мысленно послал её нахуй, в реальности просто избегая ее компании. Мы подружились со студентом судостроительного. Вечером свалили от наших предков и пошли "по барам".
Кипрский городок Протарас, бывшая рыбацкая деревушка, застроенная отелями и апартами - кто бывал тот знает. Улица центральная, проходящая через весь курортный городок, состояла из плотного ряда баров, ресторанов, клубов и караоке. У нас с собой были карманные деньги (у судостроителя побольше) и стойкое желание повеселиться (при этом мы оба были первый раз за границей и знали манеры поведения разве что на уровне "руссо туристо, облико морале"). В первом баре мы взяли коктейль "черный русский", исходя из соображений - ну мы же русские, мы обязаны такое попробовать! "Черный русский" скорее надо было назвать "Смыв в ду́ше с тюменского нефтяника" - в исполнении какого-то третьесортного кипрского бара он оказался низкосортным высокоградусным пойлом, которое застревало в глотке, хотя градусами нас было не удивить, живя в общаге мы пили водку и даже спирт "Рояль". Во втором баре, уже слегка хмельные, мы попросили порекомендовать нам что-нибудь. Нам принесли два дорогих коктейля "Рэмбо спешиал" в огромных стаканах чуть ли не по литру, в которые было намешано много разных алкогольных и безалкогольных субстанций, очевидно, воедино слитых в кухне бара из каких-то остатков недопитых коктейлей. Потом были ещё третий и четвертый бары, где мы мешали всё что только можно и нельзя с точки зрения даже прожженного алкоголика. В результате в нас одновременно проснулся мультяшный волк "щас-спою" и нас понесло на караоке. Окосев от коктейлей, мы долго водили косыми взглядами по списку песен (на дворе было начало 90х и там не было ни одной песни на русском), потом наконец выбрали песню, это была единственная неоднократно слышанная нами обоими и популярная тогда "Crying" группы "Aerosmith" (как мы думали, в списке почему-то не было названия исполнителей). Наизусть эту вещь ни я, ни мой друг не знали. Ничего, буквы на экране-то мы прочитать сумеем, решили мы, глядя на то, как какой-то английский пухляш тужится на сцене, выдавливая пьяные аккорды под какую-то композицию под одобрительные возгласы своих друзей. И вот наш час настал! Два российских студента в состоянии "врагу не сдается наш гордый Варяг" вылезли на сцену и мутными взглядами уставились на спасительный экран, предвкушая бурные овации. До моего уха донеслось начало мелодии и... это был совсем не "Аэросмит". Неизвестная мелодия с совсем другим, каким-то блюзовым, кажется, ритмом заполнила караоке-клуб. По экрану поползли знакомые с точки знаний английского, но незнакомые с точки знания песни, фразы. Мы начали петь... Иноземный народ затих и смотрел на это безобразие, охреневший. Такого непопадания в ноты, растягивания отдельных слов и наоборот, нелепой скороговорки в стиле «англо-русский рэп» (потому что по экрану уже подсвечивалась другая фраза, а мы ещё пели предыдущую), этот клуб не видел с момента своего основания. Если бы где-то проводился конкурс на худшее исполнение, мы бы точно в нем победили. Если бы тогда были массово смартфоны, мы бы точно стали героями интернета и вошли в мемы раньше той тётки с заголовком "Мы не знаем эту песню, если бы мы знали эту песню, но мы не знаем эту песню". Когда шок посетителей прошел, начались робкие посвистывания и английский мат с мест, намекающий на непрофессионализм нашего искренне-душевного исполнения незнакомой песни. Тогда я решил объяснить нашу позицию и как мог сказал в микрофон: «Люююуди, аууууу! Тврищи! (Что я имел в виду, то ли тварищи, то ли товарищи) Этож… икск…кьюз ми… икспромт!», и тут замученный нашим исполнением диджей забрал у меня микрофон и включил какую-то попсу, а поскольку мы не застали на сцене, стоя в позе "Матрос Железняк и его боевой друг перед расстрелом", народ взобрался на сцену и стал танцевать возле нашей скульптурной композиции. Мой друг судостроитель недовольно сказал: «Я под ткое гвно нне танцую!» и неожиданно вынул кассетный плеер из кармана, о наличии которого я не подозревал, включил и нацепил наушник один себе, второй мне. В наушниках зазвучала классика, это была группа «The Doors». Под нее даже стоять было кайфово.
После нашего позора мы пошли на пляж, смотреть на лунную дорожку и еще что-нибудь выпить. «Че мы как девочки коктейлями пытаемся набухаться?» - спросил судостроитель. «Точно, давай в маркет зайдем нормальной водяры бутылку возьмем» - ответил я. В маркете мы неожиданно передумали и решили из уважения к Кипру выпить «ихней водки «узо». Как я потом прочитал, местные в большинстве своем этот напиток пьют слегка разбавленным. Мы этого не знали, поэтому взяв что-то из закуски, поперли на пляж.
Была громкая протарасская ночь, со всех сторон бубухала музыка с дискотек, а мы сидели на лежаках и думали, где взять стаканы (светлых мыслей о том, что их надо было купить в магазине, в наши замутненные алкоголем головы не пришло). На пути к пляжу попался ларечек, где днем выдают напитки. В нем мы нашли целую стопку совершенно новых стаканов и взяли парочку. А вот пивной кран там почему-то не работал, но может это и к лучшему. Не оценив искренности нашей нужды в стаканах, за нами погнался какой-то не то охранник, не то работник отеля, мы от него каким-то нелепым образом убежали, спотыкаясь, вдоль пляжа. Совсем выбившись из сил, примостились на лежаки и стали уничтожать «водку имени Ивана Грозного» (так мы ее прозвали, ибо анисовая она).
...Как я пришел в отель, как нашел свой этаж и номер, что говорила бедная мама непутевому сыну – не помню. Теперь-то я понимаю, чего она, родная, натерпелась - в чужой "капиталистицкой" стране чадо свалило в неизвестном направлении, просто сказав что пошло погулять и приперлось среди ночи "в дрова". Ночью мне было очень плохо, утром – очень стыдно, с судостроителем мы больше не бухали, я боялся что он захочет продолжения банкета (надеюсь он сейчас не бухает на работе, проектируя суда), и провел оставшиеся дни отпуска с пафосной девушкой, которая от скуки снизошла, позволив находиться рядом и худо-бедно общаться. А я перенял её манеру общения и тоже начал с ней лениво общаться. Сейчас я практически не употребляю спиртное, только символически по праздникам - не тот возраст, хуже переношу последствия употребления, да и желания нет.
Всем отпускникам - хорошего отдыха!
28.01.2026
Самый смешной анекдот за 17.01:
Трамп войдёт в историю как человек, который отжал у Венесуэлы президента, нефть и Нобелевскую премию...