Племянница жены рассказывала, она тогда на практике дежурила в травме. Привозят в 4 утра подростка, лет 14, с повреждениями МПХ. Хомяк покусал. Обрабатывают.
Парень спрашивает: "А вдруг он бешеный?"
Хирург в голос орет: "Это ты, блять, бешеный!!!! Ты нахуя в три часа ночи в клетку с хомяком хуем додумался тыкать? Кто из вас ебанутый???"
Locus
Рассказчик: Ingrid Lovera
25.03.2023, Новые истории - основной выпуск
В отеле живёт парочка из России - там всё как в анекдотах. Взрослый мужик, примерно моего возраста и девчонка лет 23-24.
И вот эта... сорри, девушка, постоянно говорит мужику, как ему жить, что ему делать, а он как бабочка, носится вокруг неё, я даже удивляюсь, что она земли касается, а не просто он её всё время на руках носит.
И вот вечер, сидят у бассейна, мы случайно рядом оказались, блондинка решает кроссворд, постоянно обращаясь к своему мужчине.
- Тятя ( да, она его зовёт тятя, убил бы сразу), пять букв, генеральный комиссар госбезопасности при Сталине?
- Берия, - отвечает мужик, потягивая пиво и смотря на звёзды.
И тут великолепное продолжение от блондинки:
- Тятя, и почему Берия? Ты что так уверенно заявляешь, пользуясь тем, что я тогда не жила?
- Я тоже тогда не жил, - спокойно отвечает мужик.
- Ты не жил, я не жила, а почему ты так уверен в ответе? Может не Берия?
- Я книжки читал. А ты?
- А я твоя королева! - выкрикивает блондинка обиженно, - не буду писать Берия, он же не русский, придумал тоже!
В фильмах достают пистолет и спускают всю обойму, но мужик спокойно так отвечает:
- Малыш, я тебя не за книжки люблю, а за сиськи.
- Берия, значит Берия, - тут же соглашается блондинка.
Вячеслав Квирикашвили
И вот эта... сорри, девушка, постоянно говорит мужику, как ему жить, что ему делать, а он как бабочка, носится вокруг неё, я даже удивляюсь, что она земли касается, а не просто он её всё время на руках носит.
И вот вечер, сидят у бассейна, мы случайно рядом оказались, блондинка решает кроссворд, постоянно обращаясь к своему мужчине.
- Тятя ( да, она его зовёт тятя, убил бы сразу), пять букв, генеральный комиссар госбезопасности при Сталине?
- Берия, - отвечает мужик, потягивая пиво и смотря на звёзды.
И тут великолепное продолжение от блондинки:
- Тятя, и почему Берия? Ты что так уверенно заявляешь, пользуясь тем, что я тогда не жила?
- Я тоже тогда не жил, - спокойно отвечает мужик.
- Ты не жил, я не жила, а почему ты так уверен в ответе? Может не Берия?
- Я книжки читал. А ты?
- А я твоя королева! - выкрикивает блондинка обиженно, - не буду писать Берия, он же не русский, придумал тоже!
В фильмах достают пистолет и спускают всю обойму, но мужик спокойно так отвечает:
- Малыш, я тебя не за книжки люблю, а за сиськи.
- Берия, значит Берия, - тут же соглашается блондинка.
Вячеслав Квирикашвили
11.09.2023, Свежие анекдоты - основной выпуск
Из зеркала на Штирлица устало глядел крепкий негр в мундире штандартенфюрера СС.
"Римейк от Netflix !" - догадался Штирлиц.
"Римейк от Netflix !" - догадался Штирлиц.
03.11.2023, Новые истории - основной выпуск
Когда я жил в Кишиневе, я не умел торговаться. Потому что практики не было. Ведь как оно было в советских магазинах? Прейскурант! Цену на молдавскую мебель Кодры установили еще три года назад в Москве. В Госплане. Проехали! Вот если бы можно было бы изобрести машину времени, то тогда можно было бы махнуть в Москву поторговаться. Но машины времени тогда не было.
Вот. А когда я переехал в Израиль, то там меня стало сильно напрягать, что торговаться надо было везде и всегда. Скажем, ты покупаешь холодильник фирмы Тадиран. Так это надо обойти шесть магазинов, в каждом поторговаться полчаса. Получается, что три часа уходит на один Тадиран, хотя могло бы уйти и десять минут.
Помню, в Израиль переехал Яша из Сиэттла. Он там работал в Майкрософте, но решил жениться на Ане из Холона. И он купил билеты в Израиль. И репатриировался.
После Майкрософта Яша был очень продвинутым. Первым делом он захотел купить себе домой рабочее кресло. Мы-то все сидели на обычных стульях, но Яше нужно было навороченное кресло с изменяющейся высотой, углом спинки и подлокотниками. А где его взять? Мы не знали. Пошли вместе в мебельный магазин на шуке Кармель.
- Эйн бэайя, - сказал нам хозяин магазина. – Нет проблем. Заплатите, а завтра я вам ваше навороченное доставлю.
Но он не доставил ни завтра, ни послезавтра. Ни через две недели. Мы пошли к нему опять. Он повел нас вниз на склад. Склад был забит мебелью.
- Твое кресло там, - сказал хозяин и показал на дальний угол комнаты. – Я за день этот завал разберу, доберусь до твоего кресла и доставлю вам его.
Еще через две недели мы опять пошли к нему.
- Отдавай деньги, - решительно сказали мы. К нашему удивлению, он не стал спорить. Сразу отдал. Но зачем ему все это было нужно? Я думаю, это ему было просто приятно. Взять у кого-то деньги, и пусть они у тебя месяц полежат. Ему это было в кайф, я предполагаю.
Яша пошел к знакомому юристу, и тот составил ему договор о покупке кресла. Если не доставляют в течение недели – штраф 50 шекелей. Если две недели – 100 шекелей. С этим договором Яша начал ходить по мебельным магазинам, но ему теперь сразу отказывали. Договор, впрочем, читали, причмокивали от удовольствия, и смотрели на Яшу с уважением.
- Ты приехал из Арцот хА Брит? – спрашивали. – Из Америки? Тогда все понятно. Договор? Ха! Но если ты из Арцо ха Брит, то почему говоришь с акцентом Брит Гамуацот?
Наконец, на Яшиной работе, узнав о его сложностях, отдали ему кресло начальника отдела. А тот себе новое заказал по каталогу из Арцот хА Брит. Из Америки.
Я быстро привык к тому, что в Израиле, если ты покупаешь себе даже сандалии, надо торговаться. И я полюбил торговаться. Все время хотелось что-то купить, и сбить цену процентов на 20. Это всегда можно. 20 процентов – запросто.
Но это если торговаться с евреями. А с арабами это была совершенно иная торговля. Скажем, ты идешь в Иерусалиме мимо арабской лавочки. А там висит кожаная куртка. И если хозяин лавочки увидит, что ты не проскользил по ней равнодушным взглядом, а задержал его на секунду, то он вскочит, побежит за тобой, и еще квартал будет уговаривать тебя купить его куртку. За 800 шекелей. Потому что это настоящая кожа. Сделано в Италии. К концу квартала цена падала до 80 шекелей. Меня это поражало. В десять раз? Ничего себе. От торговли с арабами я получал гораздо большее удовольствие, чем от наших братьев евреев.
Вскоре я поехал на конференцию в Пизу. После лекций гулял там по городу, и мне какой-то африканец предложил купить у него африканскую шляпу. Мы с ним сразу стали торговаться. Так как он не знал английского, мы торговались с помощью калькулятора. Он печатал свою цену, а я свою.
- 25 евро, - напечатал он.
- 10 евро, - напечатал я.
- 20 евро, - напечатал он.
- 9 евро, - напечатал я.
- 15 евро, - напечатал он.
- 8 евро, - напечатал я.
Он сразу согласился. Ведь 8 евро – это лучше, чем 7.
В Израиль я возвращался с гордостью. Я открыл новый способ торговли! На понижение. Мой способ позволял резко сократить время торговли. До них же обычно все доходит после двух или трех итераций. Быстро.
А потом я переехал в Америку. Америка мне сильно не понравилась. Практически нигде невозможно было поторговаться. Нельзя в супермаркете на кассе сказать, а сделайте мне 10%-ную скидку. В аптеке тоже цены фиксированные. Словом, никакого удовольствия.
Главное, что? Ведь в процессе торговли между тобой и продавцом появляются скрепы. Вы уже не чужие друг другу люди! Вы заключаете сделку, жмете друг другу руки. С уважением. А в Америке у меня с продавцами не возникало духовных скреп. Здесь люди друг другу чужие!
Что мне особенно не нравилось в Америке, это то, что в тех немногих местах, где все же можно было торговаться, это можно было делать очень короткое время.
- 100 долларов, - говорит продавец.
- 80, - говоришь ты.
- 90, - говорит продавец.
И все! Надо соглашаться. Дальше торговаться уже невежливо. И вообще, что это за торговля? А где аргументация? Что, просто цифры называть? Да это же любой дурак сможет!
Наконец, пришла пора покупать мою первую новую машину. В дилершипе. А в дилершипах торгуются. За день до покупки машины я долго не мог заснуть. Волновался. А не разучился ли я торговаться?
В дилерше моим продавцом оказался Али, палестинский араб. Я был готов заплатить 16 тысяч, а он отдавал за 18. Он что, с дуба упал? 18 тысяч? Серьезно?
Мы с Али сели за его стол, немножко поторговались. Полчаса, для разминки. Он сбавил цену до 17900.
Али пошел к себе в комнаты и сварил нам кофе с кардамоном. По-арабски. Мы пригубили его восхитительный кофе.
- Матай ихие ха шалом? – спросил меня Али на иврите. – Когда наступит мир? Сколько можно воевать? Если можно жить в мире и согласии?
- Может 17800? – предложил Али. Мы продолжили торговлю.
Через час мы оба чувствовали, что между нами появились духовные скрепы. Мы нравились друг другу. Мы уважали друг друга. Словом, в дилершипе я оторвался за бесцельно прожитый в Америке год. Наконец! Наконец-то! После этих пустых американских улыбок я нашел родную душу!
После трех часов торговли Али сбавил цену до 17 тысяч.
- Я проголодался с тобой, - сказал мне Али. Он пошел к себе в подсобку, и принес пластиковые коробочки с принесенной из дома едой. Колбаски кюфта, дико перченные. Салат хацилим, и вообще несколько салатов. Дикой свежести! Али дал мне пластиковую тарелку, поделил свой обед на нас двоих.
- Видишь, - сказал Али, и показал на фотографию одинокого дома на горе. – До образования Израиля это был дом моей семьи. А потом пришли вы, евреи, и отобрали его у нас.
- Давай за 16900? – предложил он.
После его истории с домом мне стало очень стыдно, и стал испытывать чувство коллективной вины. И я чуть было не согласился. Но, присмотревшись к его фотографии, я узнал на ней место, на котором я был неделю назад, во время поездки в Израиль на конференцию. И там экскурсовод мне все про этот дом рассказал.
Оказывается, никто его ни у кого не забирал. Этот дом построили евреи еще лет за 20 до образования Израиля. А арабы из низины на них нападали. И вот евреи, живущие в этом доме, узнали от арабов на базаре, что ночью придет группа боевиков из Сирии с ружьями, и этот дом у них отберет. Тогда евреи тут же пустили на базаре слух, что у них есть секретное оружие, которое им прислал из Лондона Ротшильд.
Придя домой, евреи сняли с телеги колеса с осью, обернули все это паклей и просмолили. И прикрепили множество полых труб. Когда боевики из Сирии приблизились к их холму, евреи подожгли паклю, и пустили колеса вниз. Прикрепленные трубы издавали громкий свист. Это была еврейская версия органа Баха, так сказать. Сирийские боевики в страхе бежали, и холм остался за евреями.
Когда я там был неделю назад, я купил в туристическом киоске фотографию этого холма. И точная копия этой моей фотографии висела у Али на стене. Ага, дом твоей семьи, конечно.
Дешевые трюки Али и его наглое вранье укрепили меня в моей решимости торговаться до конца.
- Я не дам ни цента больше 16 тысяч! – заявил я.
После чего мы торговались еще час, и Али сбавил цену до 16100.
- Больше не могу, - сказал он.
- Ну, что ж, - произнес я, поднимаясь со стула. – Видимо, не судьба.
Али потерял ко мне интерес, и я пошел к выходу, краем глаза наблюдая за ним. Он копался в компьютере и не следил за мной. Я вышел из здания, подошел к своей припаркованной машине. Через стекло дилершипа я видел, что Али даже не смотрит в мою сторону. Я сел в машину, завел ее. И медленно поехал к выезду. Я специально ехал медленно, чтобы дать Али возможность меня перехватить. И он не выдержал. Побежал за мной. Я остановился, спустил стекло.
- И что, - с изумлением спросил меня Али. – Ты торговался пять часов, и теперь уедешь, ничего не купив?
- Да, - ответил я уверенным голосом.
- Ладно! – сказал Али. – Уговорил! 16 тысяч!
Мы вернулись в дилершип.
- Я добавлю 100 долларов из своих денег, - сказал мне Али. – Чтобы ты смог купить машину за свои 16 тысяч. Потому что я тебя за эти пять часов полюбил! Я делаю это ради мира между нашими народами!
Слух о моей удачной торговле пошел по всему Пало Алто, где мы тогда жили. И через неделю Маша сказала Сене.
- В это воскресенье ты идешь с Вадимом в дилершип. И тоже покупаешь машину за 16 тысяч!
Когда Али увидел Сеню со мной, он деланно закрыл руками лицо, потом воздел руки к небу.
- Только не это! – воскликнул Али. – Опять ты!
Впрочем, еще до торговли он побежал к себе в подсобку и сварил нам кофе с кардамоном.
- Для постоянных клиентов, - подмигнул он мне.
- Али! – сказал я. – Мы можем сидеть пять часов и торговаться. Но зачем? Отдай сразу за 16 тысяч.
- Ой, ой, ой, - запричитал Али. – Ты себе не представляешь. После тебя меня вызвал к себе начальник. И он меня так ругал. Сказал, что еще раз такое, и он меня уволит.
- Все, что я могу для вас сделать, - сказал Али. – Это отдать машину за 17800. И не просите о большем!
- Я согласен, - неожиданно и смущенно произнес Сеня, глядя куда-то в сторону.
Я не мог поверить своим ушам. 17800? Серьезно? Сеня! Твою дивизию! А зачем же тогда меня надо было приглашать? Зачем тратить мое драгоценное время? Главное, этот паразит Сеня лишил нас с Али всякого удовольствия. Торговаться пять минут? Да где это видано?
Я обиделся на Сеню. После этого мы не ходили к ним в гости месяц! Я не хотел его видеть. Но потом Маша приготовила салат хацилим и рыбу Святого Петра по иерусалимски на гриле, и пришлось идти. Рыба была очень вкусной, и я почувствовал, что моя обида на Сеню прошла.
Ольшевский Вадим
Вот. А когда я переехал в Израиль, то там меня стало сильно напрягать, что торговаться надо было везде и всегда. Скажем, ты покупаешь холодильник фирмы Тадиран. Так это надо обойти шесть магазинов, в каждом поторговаться полчаса. Получается, что три часа уходит на один Тадиран, хотя могло бы уйти и десять минут.
Помню, в Израиль переехал Яша из Сиэттла. Он там работал в Майкрософте, но решил жениться на Ане из Холона. И он купил билеты в Израиль. И репатриировался.
После Майкрософта Яша был очень продвинутым. Первым делом он захотел купить себе домой рабочее кресло. Мы-то все сидели на обычных стульях, но Яше нужно было навороченное кресло с изменяющейся высотой, углом спинки и подлокотниками. А где его взять? Мы не знали. Пошли вместе в мебельный магазин на шуке Кармель.
- Эйн бэайя, - сказал нам хозяин магазина. – Нет проблем. Заплатите, а завтра я вам ваше навороченное доставлю.
Но он не доставил ни завтра, ни послезавтра. Ни через две недели. Мы пошли к нему опять. Он повел нас вниз на склад. Склад был забит мебелью.
- Твое кресло там, - сказал хозяин и показал на дальний угол комнаты. – Я за день этот завал разберу, доберусь до твоего кресла и доставлю вам его.
Еще через две недели мы опять пошли к нему.
- Отдавай деньги, - решительно сказали мы. К нашему удивлению, он не стал спорить. Сразу отдал. Но зачем ему все это было нужно? Я думаю, это ему было просто приятно. Взять у кого-то деньги, и пусть они у тебя месяц полежат. Ему это было в кайф, я предполагаю.
Яша пошел к знакомому юристу, и тот составил ему договор о покупке кресла. Если не доставляют в течение недели – штраф 50 шекелей. Если две недели – 100 шекелей. С этим договором Яша начал ходить по мебельным магазинам, но ему теперь сразу отказывали. Договор, впрочем, читали, причмокивали от удовольствия, и смотрели на Яшу с уважением.
- Ты приехал из Арцот хА Брит? – спрашивали. – Из Америки? Тогда все понятно. Договор? Ха! Но если ты из Арцо ха Брит, то почему говоришь с акцентом Брит Гамуацот?
Наконец, на Яшиной работе, узнав о его сложностях, отдали ему кресло начальника отдела. А тот себе новое заказал по каталогу из Арцот хА Брит. Из Америки.
Я быстро привык к тому, что в Израиле, если ты покупаешь себе даже сандалии, надо торговаться. И я полюбил торговаться. Все время хотелось что-то купить, и сбить цену процентов на 20. Это всегда можно. 20 процентов – запросто.
Но это если торговаться с евреями. А с арабами это была совершенно иная торговля. Скажем, ты идешь в Иерусалиме мимо арабской лавочки. А там висит кожаная куртка. И если хозяин лавочки увидит, что ты не проскользил по ней равнодушным взглядом, а задержал его на секунду, то он вскочит, побежит за тобой, и еще квартал будет уговаривать тебя купить его куртку. За 800 шекелей. Потому что это настоящая кожа. Сделано в Италии. К концу квартала цена падала до 80 шекелей. Меня это поражало. В десять раз? Ничего себе. От торговли с арабами я получал гораздо большее удовольствие, чем от наших братьев евреев.
Вскоре я поехал на конференцию в Пизу. После лекций гулял там по городу, и мне какой-то африканец предложил купить у него африканскую шляпу. Мы с ним сразу стали торговаться. Так как он не знал английского, мы торговались с помощью калькулятора. Он печатал свою цену, а я свою.
- 25 евро, - напечатал он.
- 10 евро, - напечатал я.
- 20 евро, - напечатал он.
- 9 евро, - напечатал я.
- 15 евро, - напечатал он.
- 8 евро, - напечатал я.
Он сразу согласился. Ведь 8 евро – это лучше, чем 7.
В Израиль я возвращался с гордостью. Я открыл новый способ торговли! На понижение. Мой способ позволял резко сократить время торговли. До них же обычно все доходит после двух или трех итераций. Быстро.
А потом я переехал в Америку. Америка мне сильно не понравилась. Практически нигде невозможно было поторговаться. Нельзя в супермаркете на кассе сказать, а сделайте мне 10%-ную скидку. В аптеке тоже цены фиксированные. Словом, никакого удовольствия.
Главное, что? Ведь в процессе торговли между тобой и продавцом появляются скрепы. Вы уже не чужие друг другу люди! Вы заключаете сделку, жмете друг другу руки. С уважением. А в Америке у меня с продавцами не возникало духовных скреп. Здесь люди друг другу чужие!
Что мне особенно не нравилось в Америке, это то, что в тех немногих местах, где все же можно было торговаться, это можно было делать очень короткое время.
- 100 долларов, - говорит продавец.
- 80, - говоришь ты.
- 90, - говорит продавец.
И все! Надо соглашаться. Дальше торговаться уже невежливо. И вообще, что это за торговля? А где аргументация? Что, просто цифры называть? Да это же любой дурак сможет!
Наконец, пришла пора покупать мою первую новую машину. В дилершипе. А в дилершипах торгуются. За день до покупки машины я долго не мог заснуть. Волновался. А не разучился ли я торговаться?
В дилерше моим продавцом оказался Али, палестинский араб. Я был готов заплатить 16 тысяч, а он отдавал за 18. Он что, с дуба упал? 18 тысяч? Серьезно?
Мы с Али сели за его стол, немножко поторговались. Полчаса, для разминки. Он сбавил цену до 17900.
Али пошел к себе в комнаты и сварил нам кофе с кардамоном. По-арабски. Мы пригубили его восхитительный кофе.
- Матай ихие ха шалом? – спросил меня Али на иврите. – Когда наступит мир? Сколько можно воевать? Если можно жить в мире и согласии?
- Может 17800? – предложил Али. Мы продолжили торговлю.
Через час мы оба чувствовали, что между нами появились духовные скрепы. Мы нравились друг другу. Мы уважали друг друга. Словом, в дилершипе я оторвался за бесцельно прожитый в Америке год. Наконец! Наконец-то! После этих пустых американских улыбок я нашел родную душу!
После трех часов торговли Али сбавил цену до 17 тысяч.
- Я проголодался с тобой, - сказал мне Али. Он пошел к себе в подсобку, и принес пластиковые коробочки с принесенной из дома едой. Колбаски кюфта, дико перченные. Салат хацилим, и вообще несколько салатов. Дикой свежести! Али дал мне пластиковую тарелку, поделил свой обед на нас двоих.
- Видишь, - сказал Али, и показал на фотографию одинокого дома на горе. – До образования Израиля это был дом моей семьи. А потом пришли вы, евреи, и отобрали его у нас.
- Давай за 16900? – предложил он.
После его истории с домом мне стало очень стыдно, и стал испытывать чувство коллективной вины. И я чуть было не согласился. Но, присмотревшись к его фотографии, я узнал на ней место, на котором я был неделю назад, во время поездки в Израиль на конференцию. И там экскурсовод мне все про этот дом рассказал.
Оказывается, никто его ни у кого не забирал. Этот дом построили евреи еще лет за 20 до образования Израиля. А арабы из низины на них нападали. И вот евреи, живущие в этом доме, узнали от арабов на базаре, что ночью придет группа боевиков из Сирии с ружьями, и этот дом у них отберет. Тогда евреи тут же пустили на базаре слух, что у них есть секретное оружие, которое им прислал из Лондона Ротшильд.
Придя домой, евреи сняли с телеги колеса с осью, обернули все это паклей и просмолили. И прикрепили множество полых труб. Когда боевики из Сирии приблизились к их холму, евреи подожгли паклю, и пустили колеса вниз. Прикрепленные трубы издавали громкий свист. Это была еврейская версия органа Баха, так сказать. Сирийские боевики в страхе бежали, и холм остался за евреями.
Когда я там был неделю назад, я купил в туристическом киоске фотографию этого холма. И точная копия этой моей фотографии висела у Али на стене. Ага, дом твоей семьи, конечно.
Дешевые трюки Али и его наглое вранье укрепили меня в моей решимости торговаться до конца.
- Я не дам ни цента больше 16 тысяч! – заявил я.
После чего мы торговались еще час, и Али сбавил цену до 16100.
- Больше не могу, - сказал он.
- Ну, что ж, - произнес я, поднимаясь со стула. – Видимо, не судьба.
Али потерял ко мне интерес, и я пошел к выходу, краем глаза наблюдая за ним. Он копался в компьютере и не следил за мной. Я вышел из здания, подошел к своей припаркованной машине. Через стекло дилершипа я видел, что Али даже не смотрит в мою сторону. Я сел в машину, завел ее. И медленно поехал к выезду. Я специально ехал медленно, чтобы дать Али возможность меня перехватить. И он не выдержал. Побежал за мной. Я остановился, спустил стекло.
- И что, - с изумлением спросил меня Али. – Ты торговался пять часов, и теперь уедешь, ничего не купив?
- Да, - ответил я уверенным голосом.
- Ладно! – сказал Али. – Уговорил! 16 тысяч!
Мы вернулись в дилершип.
- Я добавлю 100 долларов из своих денег, - сказал мне Али. – Чтобы ты смог купить машину за свои 16 тысяч. Потому что я тебя за эти пять часов полюбил! Я делаю это ради мира между нашими народами!
Слух о моей удачной торговле пошел по всему Пало Алто, где мы тогда жили. И через неделю Маша сказала Сене.
- В это воскресенье ты идешь с Вадимом в дилершип. И тоже покупаешь машину за 16 тысяч!
Когда Али увидел Сеню со мной, он деланно закрыл руками лицо, потом воздел руки к небу.
- Только не это! – воскликнул Али. – Опять ты!
Впрочем, еще до торговли он побежал к себе в подсобку и сварил нам кофе с кардамоном.
- Для постоянных клиентов, - подмигнул он мне.
- Али! – сказал я. – Мы можем сидеть пять часов и торговаться. Но зачем? Отдай сразу за 16 тысяч.
- Ой, ой, ой, - запричитал Али. – Ты себе не представляешь. После тебя меня вызвал к себе начальник. И он меня так ругал. Сказал, что еще раз такое, и он меня уволит.
- Все, что я могу для вас сделать, - сказал Али. – Это отдать машину за 17800. И не просите о большем!
- Я согласен, - неожиданно и смущенно произнес Сеня, глядя куда-то в сторону.
Я не мог поверить своим ушам. 17800? Серьезно? Сеня! Твою дивизию! А зачем же тогда меня надо было приглашать? Зачем тратить мое драгоценное время? Главное, этот паразит Сеня лишил нас с Али всякого удовольствия. Торговаться пять минут? Да где это видано?
Я обиделся на Сеню. После этого мы не ходили к ним в гости месяц! Я не хотел его видеть. Но потом Маша приготовила салат хацилим и рыбу Святого Петра по иерусалимски на гриле, и пришлось идти. Рыба была очень вкусной, и я почувствовал, что моя обида на Сеню прошла.
Ольшевский Вадим
14.07.2025, Новые истории - основной выпуск
Я терпеть не могу бандитскую романтику, мачизм, десантников в фонтанах и всякое прочее с налётом гопстопа. Я за закон. Но эта история, во-первых, абсолютная правда, во-вторых, случилась под Рождество, так будем же, пожалуйста, в порядке исключения считать ее не бандитской, а робингудской.
Много лет назад нас с Димасом друзья пригласили на презентацию театра в Мюзик-Холле. Был длинный восхитительный вечер, абсолютно счастливые мы возвращались домой, было уже около часу ночи, и, двигаясь с Петроградской к себе в центр, мы проезжали по самым дивным местам - по Кронверкской набережной, через Троицкий мост, вдоль Лебяжьей канавки мимо Летнего сада и вокруг Преображенского собора. Шел снег, и машин почти не было, и город был белый и увешанный гирляндами к Рождеству. Словом «красиво» ничего не выразишь, да и вообще никаким не выразишь.
Мы остановились на светофоре на пересечении Пестеля с Литейным - собор стоял прямо перед нами, новогодний Литейный был похож на сказочный коридор, и мы тихо любовались, и даже говорить было невозможно.
И вдруг дверь стоящей впереди нас машины открылась, оттуда высунулась рука и вышвырнула на тротуар пустую пивную бутылку. Прямо на белый снег, прямо в эту Рождественскую красоту.
Я была за рулем, в глазах у меня заискрилось, и изо всех сил я надавила на гудок, призывая негодяя одуматься.
Перед негодяем на светофоре стояла еще одна машина, черная и внушительная, причем внушительная как размерами, так и стоимостью - на пустом перекрестке нас вообще было всего трое. Светофор переключился, и мы гуськом медленно переползли Литейный - внушительная машина, видавшая виды машина и наша машина. Я продолжала агрессивно гудеть.
Внушительная машина решила, что кто-то сзади решил придать ей ускорение, мол, шевелись давай, уснул, чоль. Это ей не понравилось, и за перекрестком она остановилась, чтобы прояснить ситуацию. Из нее вышли крепкие молодые люди в пиджаках и галстуках. Я тоже вылезла, подошла к ним, обвела рукой собор и сказала: «Полюбуйтесь, господа, какая красота! Это же чудо, правда?» Они вежливо полюбовались и кивнули, мол, факт, чудо. «И вот этот человек, - я ткнула пальцем в темноту салона машины, видавшей виды, - выбросил прямо на снег бутылку из-под пива. Вы можете себе такое представить у нас в Петербурге?»
На лицах молодых людей было написано, что они много чего себе могут представить. Но потом они еще раз посмотрели на пустой Литейный, на гирлянды, на снег, на собор и решили, что в кой-то веки раз в своей, видимо, не всегда путёвой жизни им предлагают совершить что-то благородное. Они культурно постучали мужичку в окошко и сказали ему ласково и строго: «Гражданин. Вот девушка говорит, что красота-то какая. Бутылку надо бы утилизировать. Нехорошо».
Гражданин рысцой сгонял туда-сюда через Литейный за бутылкой, и мы все пожелали друг другу прекрасного Рождества. И разъехались счастливые: плечистые ребята радовались неожиданно заглянувшей к ним романтике, я - что свинью заставили убрать за собой, а сама свинья - что легко отделалась.
Эх, были бы все конфликты такими. Фильдеперсовые были времена.
Lisa Sallier
Много лет назад нас с Димасом друзья пригласили на презентацию театра в Мюзик-Холле. Был длинный восхитительный вечер, абсолютно счастливые мы возвращались домой, было уже около часу ночи, и, двигаясь с Петроградской к себе в центр, мы проезжали по самым дивным местам - по Кронверкской набережной, через Троицкий мост, вдоль Лебяжьей канавки мимо Летнего сада и вокруг Преображенского собора. Шел снег, и машин почти не было, и город был белый и увешанный гирляндами к Рождеству. Словом «красиво» ничего не выразишь, да и вообще никаким не выразишь.
Мы остановились на светофоре на пересечении Пестеля с Литейным - собор стоял прямо перед нами, новогодний Литейный был похож на сказочный коридор, и мы тихо любовались, и даже говорить было невозможно.
И вдруг дверь стоящей впереди нас машины открылась, оттуда высунулась рука и вышвырнула на тротуар пустую пивную бутылку. Прямо на белый снег, прямо в эту Рождественскую красоту.
Я была за рулем, в глазах у меня заискрилось, и изо всех сил я надавила на гудок, призывая негодяя одуматься.
Перед негодяем на светофоре стояла еще одна машина, черная и внушительная, причем внушительная как размерами, так и стоимостью - на пустом перекрестке нас вообще было всего трое. Светофор переключился, и мы гуськом медленно переползли Литейный - внушительная машина, видавшая виды машина и наша машина. Я продолжала агрессивно гудеть.
Внушительная машина решила, что кто-то сзади решил придать ей ускорение, мол, шевелись давай, уснул, чоль. Это ей не понравилось, и за перекрестком она остановилась, чтобы прояснить ситуацию. Из нее вышли крепкие молодые люди в пиджаках и галстуках. Я тоже вылезла, подошла к ним, обвела рукой собор и сказала: «Полюбуйтесь, господа, какая красота! Это же чудо, правда?» Они вежливо полюбовались и кивнули, мол, факт, чудо. «И вот этот человек, - я ткнула пальцем в темноту салона машины, видавшей виды, - выбросил прямо на снег бутылку из-под пива. Вы можете себе такое представить у нас в Петербурге?»
На лицах молодых людей было написано, что они много чего себе могут представить. Но потом они еще раз посмотрели на пустой Литейный, на гирлянды, на снег, на собор и решили, что в кой-то веки раз в своей, видимо, не всегда путёвой жизни им предлагают совершить что-то благородное. Они культурно постучали мужичку в окошко и сказали ему ласково и строго: «Гражданин. Вот девушка говорит, что красота-то какая. Бутылку надо бы утилизировать. Нехорошо».
Гражданин рысцой сгонял туда-сюда через Литейный за бутылкой, и мы все пожелали друг другу прекрасного Рождества. И разъехались счастливые: плечистые ребята радовались неожиданно заглянувшей к ним романтике, я - что свинью заставили убрать за собой, а сама свинья - что легко отделалась.
Эх, были бы все конфликты такими. Фильдеперсовые были времена.
Lisa Sallier
14.08.2024, Новые истории - основной выпуск
однажды мы с Димой попали в город Галац, в Румынию. Общая картина развитого социализма, пятиэтажки в обрамлении пыльных цветущих тополей, висящие троллейбусные провода, колдобины, лопухи, покоцанные тротуары и летняя усталая пустота на улицах вызвали ностальгические чувства, местное население носило большей частью треники и шлепки - в общем, утонченная романтика провинциальных девяностых была налицо. А потом мы случайно забрели на улицу старых особняков и обомлели - вот где была настоящая красота. Красоту эту тоже несомненно бы снесли, да только сначала руки не доходили, а потом социализм внезапно кончился, и квартал сохранился в своем прежнем буржуазном виде - то ли Европа, то ли не Европа, и не разберешь. И стоим мы изучаем какой-то дом, пытаемся определить год постройки, и тут выходит очередной румынский товарищ в трениках, майка-алкашка у него такая аутентичная, перекошенная и посеревшая от прожитых лет, и рожа цыгaнcкaя, бандитская и пролетарская одновременно. Я сразу начинаю вежливо улыбаться и культурно пятиться, а мужик этот сигарету изо рта вытаскивает и вместо здрасти сообщает, что по-русски он понимает, но говорит плохо, поэтому уж простите, объяснит по-английски, что год постройки такой-то, архитектор такой-то, а касаемо стиля мы зря сомневаемся, модерн и есть, он самый, но модерн особенный, румынский, и у него тут два варианта имеется: французский (перед вами) и ориентальный, восточный - закономерный результат османского владычества; и ориентальному модерну свойственна линеарность, обилие галерей и переходов, ощущение невесомости, и он вообще круче французского, идите, сами посмотрите, по этой улице третий дом слева, год постройки такой-то, архитектур такой-то. Хабарик бросил, вьетнамкой в песок втоптал, треники подтянул и have a nice day. И шварк, шварк, домой потопал. А мы остались...
Lisa Sallier
Lisa Sallier
26.07.2023, Новые истории - основной выпуск
Испанский этнограф приехал в Перу, чтобы побывать в отдалённом племени индейцев Амазонии. Он с пересадками летел из Лимы самолётиками местных авиалиний, трясся на джипе от городка до порта, три дня плыл на лодке по верховьям великой реки Амзонка в сопровождении индейца-переводчика. В деревне среди сельвы гостей встретили, покормили и уложили спать в хижине из пальмовых листьев.
Утром этнограф выбрался из хижины. Переводчика нигде не было видно. На центральной площади селения дымил большой костёр. Несколько сильных мужчин на поднятых к небу руках растягивали и двигали большой кусок ткани, закрывая и открывая путь дыму. Кто-то выкрикивал им ритмичные команды с верхушки большого дерева. Дым костра подымался вверх прерывистыми клубами разной формы и размера. Причудливо раскрашенные жители и жительницы деревни топтались вокруг костра, вполголоса обсуждая действо. Этнограф пытался задавать вопросы, но никто из собравшихся не говорил по-испански.
Наконец сверху раздался долгий торжествующий крик. Мужчины прекратили свои манипуляции и свернули ткань, зрители неторопливо расходились. С дерева слез голый раскрашенный индеец, этнограф с радостью узнал в нём переводчика.
- Что это было? - спросил этнограф. - Какой ритуал?
- А, пустяки! - махнул рукой переводчик. - В соседней деревне пропал спутниковый интернет. Дымовыми сигналами мы передали им новые настройки.
Утром этнограф выбрался из хижины. Переводчика нигде не было видно. На центральной площади селения дымил большой костёр. Несколько сильных мужчин на поднятых к небу руках растягивали и двигали большой кусок ткани, закрывая и открывая путь дыму. Кто-то выкрикивал им ритмичные команды с верхушки большого дерева. Дым костра подымался вверх прерывистыми клубами разной формы и размера. Причудливо раскрашенные жители и жительницы деревни топтались вокруг костра, вполголоса обсуждая действо. Этнограф пытался задавать вопросы, но никто из собравшихся не говорил по-испански.
Наконец сверху раздался долгий торжествующий крик. Мужчины прекратили свои манипуляции и свернули ткань, зрители неторопливо расходились. С дерева слез голый раскрашенный индеец, этнограф с радостью узнал в нём переводчика.
- Что это было? - спросил этнограф. - Какой ритуал?
- А, пустяки! - махнул рукой переводчик. - В соседней деревне пропал спутниковый интернет. Дымовыми сигналами мы передали им новые настройки.
16.11.2024, Новые истории - основной выпуск
У нас в лаборатории есть специальная комната - growth room, для выращивания растений. Освещение искусственное, стоят автоматы - в 23.00 лампы отключаются, в 7.00 утра включаются. Работаем так уже года 4, к слову.
Недавно наша охрана "проявила бдительность". Оказывается, они заметили (на 4-й год), что в лаборатории кто-то живёт. Иначе кто выключает свет в 11 вечера, а включает в 7 утра? Несколько дней охраники мучились данным вопросом и даже пытались подкараулить таинственного поселенца. Даже подумывали дверь взломать ночью. Благо решили вначале спросить шефа, пришли со своим начальником
(Ш - шеф, О - начальник охраны):
О. - У вас кто-то живёт в лаборатории!
Ш. - Да, живёт.
О. - Кто?
Ш. - Растения!
О. - А свет кто выключает и включает?
Ш. - Растения!!
О. - Растения???
Ш. - Да! Спать ложатся, и выключают, что непонятного? А утром включают! Они ж ГМО!!!
Теперь нашу лабу все обходят стороной...
Biolugkh
Недавно наша охрана "проявила бдительность". Оказывается, они заметили (на 4-й год), что в лаборатории кто-то живёт. Иначе кто выключает свет в 11 вечера, а включает в 7 утра? Несколько дней охраники мучились данным вопросом и даже пытались подкараулить таинственного поселенца. Даже подумывали дверь взломать ночью. Благо решили вначале спросить шефа, пришли со своим начальником
(Ш - шеф, О - начальник охраны):
О. - У вас кто-то живёт в лаборатории!
Ш. - Да, живёт.
О. - Кто?
Ш. - Растения!
О. - А свет кто выключает и включает?
Ш. - Растения!!
О. - Растения???
Ш. - Да! Спать ложатся, и выключают, что непонятного? А утром включают! Они ж ГМО!!!
Теперь нашу лабу все обходят стороной...
Biolugkh
10.04.2025, Новые истории - основной выпуск
Моя мама засекла меня за курением, когда семнадцатилетняя я спокойно стояла на улице с сигареткой, щурясь на весеннее солнышко, недалеко от ее работы, а она припозднилась с обедом. Я сначала заметалась, а потом думаю: и чо? Мать сама покуривает, сколько себя помню, сколько раз я ее от отца отмазывала?
Мама подошла ко мне, посмотрела на меня снизу вверх, по-куриному так, одним глазом, и говорит:
— Hе кури!
— Это почему еще?
— Дети уродами будут, — и пошла на работу.
Мама подошла ко мне, посмотрела на меня снизу вверх, по-куриному так, одним глазом, и говорит:
— Hе кури!
— Это почему еще?
— Дети уродами будут, — и пошла на работу.
15.09.2024, Новые истории - основной выпуск
Не был в Новосибирске пять лет, вернулся в отпуск. Зашел в магазин по соседству. Те же лица. Тот же охранник, те же кассирши, тот же владелец. Охранник меня узнал и спросил:
- Сидел?
Peter Shabalin
- Сидел?
Peter Shabalin
03.01.2026, Новые истории - основной выпуск
В 1999 года в один из магазинов сети супермаркетов в Калифорнии зашел мужчина и попросил продать ему 12.000 стаканчиков шоколадного пудинга. Вот таких...
— Вы уверены, что вам нужно именно столько?
— Да, заберу всё, что есть на складе.
— А может, возьмете пару упаковок?
— Нет, мне нужно всё. И еще скажите, где ближайшие магазины вашей сети.
— А что вы хотите с ними делать?
— Хочу полететь в Европу. Бесплатно.
Не поверили продавцы в его объяснения, решили, что у богатых свои причуды, может, он ванну из пудинга принимать будет.
Мужчина погрузил пудинг в минивэн, объехал еще несколько магазинов, забив машину до отказа.
Почему же он решился на такую странную покупку, да ещё и потратил на неё более 3 тысяч долларов?
Дело в том, что в магазин пришел инженер Дэвид Филлипс. Oн решил обмануть систему и обеспечить себя путешествиями на всю жизнь.
Дэвид, как настоящий инженер, внимательно прочитал условия рекламной акции на упаковке замороженных продуктов «Healthy Choice». Там говорилось, что за каждые 10 штрих-кодов можно получить 1000 миль авиаперелетов.
Для своего гениального плана он нашел в магазине самый дешевый товар, участвующий в акции — стаканчики пудинга по 25 центов.
На первый взгляд — мелочь, но Дэвид быстро посчитал: потратив всего 25 долларов, он получает эквивалент билета, который стоит в разы дороже.
На реализацию плана ушло немало сил. Жена Дэвида поначалу думала, что мужа пора сдавать в лечебницу, ведь весь их дом превратился в склад пудинга. Но когда он показал ей расчеты, она поняла — это не безумие, это джекпот.
Однако возникла проблема: физически содрать 12 тысяч наклеек в сжатые сроки было нереально. Пальцы болели, времени не хватало.
И тут Дэвид сделал «ход конём», который превратил его аферу в благотворительный акт. Он договорился с «Армией Спасения»: они помогают ему отрывать эти проклятые этикетки, а он отдает им весь пудинг бесплатно.
В итоге он не только получил свои штрих-коды, но и списал 800 долларов налогов за благотворительность. Пудинг накормил нуждающихся, а Дэвид отправил коробку с купонами в штаб-квартиру авиакомпании.
Менеджеры акции, наверное, протерли глаза, когда увидели почтовое отправление. Но условия есть условия. Дэвид Филлипс получил на свой счет 1 250 000 авиамиль, пожизненный статус «Золотого клиента» и возможность летать куда угодно.
С тех пор прошло много лет, а Дэвид всё ещё летает. Он возил семью в Европу, в Австралию, на лучшие курорты мира. И всё это — за те самые стаканчики, над которыми смеялись кассиры.
— Вы уверены, что вам нужно именно столько?
— Да, заберу всё, что есть на складе.
— А может, возьмете пару упаковок?
— Нет, мне нужно всё. И еще скажите, где ближайшие магазины вашей сети.
— А что вы хотите с ними делать?
— Хочу полететь в Европу. Бесплатно.
Не поверили продавцы в его объяснения, решили, что у богатых свои причуды, может, он ванну из пудинга принимать будет.
Мужчина погрузил пудинг в минивэн, объехал еще несколько магазинов, забив машину до отказа.
Почему же он решился на такую странную покупку, да ещё и потратил на неё более 3 тысяч долларов?
Дело в том, что в магазин пришел инженер Дэвид Филлипс. Oн решил обмануть систему и обеспечить себя путешествиями на всю жизнь.
Дэвид, как настоящий инженер, внимательно прочитал условия рекламной акции на упаковке замороженных продуктов «Healthy Choice». Там говорилось, что за каждые 10 штрих-кодов можно получить 1000 миль авиаперелетов.
Для своего гениального плана он нашел в магазине самый дешевый товар, участвующий в акции — стаканчики пудинга по 25 центов.
На первый взгляд — мелочь, но Дэвид быстро посчитал: потратив всего 25 долларов, он получает эквивалент билета, который стоит в разы дороже.
На реализацию плана ушло немало сил. Жена Дэвида поначалу думала, что мужа пора сдавать в лечебницу, ведь весь их дом превратился в склад пудинга. Но когда он показал ей расчеты, она поняла — это не безумие, это джекпот.
Однако возникла проблема: физически содрать 12 тысяч наклеек в сжатые сроки было нереально. Пальцы болели, времени не хватало.
И тут Дэвид сделал «ход конём», который превратил его аферу в благотворительный акт. Он договорился с «Армией Спасения»: они помогают ему отрывать эти проклятые этикетки, а он отдает им весь пудинг бесплатно.
В итоге он не только получил свои штрих-коды, но и списал 800 долларов налогов за благотворительность. Пудинг накормил нуждающихся, а Дэвид отправил коробку с купонами в штаб-квартиру авиакомпании.
Менеджеры акции, наверное, протерли глаза, когда увидели почтовое отправление. Но условия есть условия. Дэвид Филлипс получил на свой счет 1 250 000 авиамиль, пожизненный статус «Золотого клиента» и возможность летать куда угодно.
С тех пор прошло много лет, а Дэвид всё ещё летает. Он возил семью в Европу, в Австралию, на лучшие курорты мира. И всё это — за те самые стаканчики, над которыми смеялись кассиры.
29.08.2024, Свежие анекдоты - основной выпуск
Kто должен платить за ужин на свидании?
Aдекватный ответ: "Оплачивать ужин на свидании должно государство, так как именно оно заинтересовано в создании семьи и рождении новых плательщиков налогов."
Aдекватный ответ: "Оплачивать ужин на свидании должно государство, так как именно оно заинтересовано в создании семьи и рождении новых плательщиков налогов."
01.11.2023, Новые истории - основной выпуск
В некоем американском графстве ввели правило, что бассейны нужно огораживать. У семьи был бассейн, такой, в форме почки, и они им практически не пользовались, маленьких детей у них не было, чтоб туда падать, и был забор от соседей, так что забежать к ним тоже вроде никто не мог. Потому они до последнего не огораживали бассейн специальным, вторым, забором.
Наконец, на владельца сильно нажали. И перед ним встала задача. Деревянный забор ставить нельзя: во-первых, сложно огораживать кривой бассейн, во-вторых, условные дети могут перелезть и все-таки упасть. Какой-нибудь кирпичный - дорого... Думал он, думал.
И вот приходит проверяющий, а забора нет. Он бегом к бассейну и пытается начать ругаться. А в бассейне плавают живые рыбки и кувшинки красивые. Теперь это по закону пруд, а пруд огораживать не надо.
Наконец, на владельца сильно нажали. И перед ним встала задача. Деревянный забор ставить нельзя: во-первых, сложно огораживать кривой бассейн, во-вторых, условные дети могут перелезть и все-таки упасть. Какой-нибудь кирпичный - дорого... Думал он, думал.
И вот приходит проверяющий, а забора нет. Он бегом к бассейну и пытается начать ругаться. А в бассейне плавают живые рыбки и кувшинки красивые. Теперь это по закону пруд, а пруд огораживать не надо.
07.11.2024, Новые истории - основной выпуск
Захожу в обувной магазин. Ко мне подходит продавщица азиатской внешности. Cпрашиваю:
- Кроссовки фирмы "такой-то" у вас встречаются?
Она немного зависла, потом ответила:
- Не только встречаются, но и заводят пары.
- Кроссовки фирмы "такой-то" у вас встречаются?
Она немного зависла, потом ответила:
- Не только встречаются, но и заводят пары.
28.08.2025, Новые истории - основной выпуск
Недавно сидели с женой, разговаривали. Ну как - разговаривали? Она вышивает, я вещаю в режиме репродуктора. Дома быта, говорю, исчезли, позакрывались нафиг все. Даже сапожники уже практически вымерли - у нас в торговом центе раньше двое сидело, сейчас уже ни одного не осталось.
Люди практически совсем уже перестали вещи чинить. Нет, я не то, чтобы ворчу, я все понимаю. Что мир меняется, что вещи стали дешевыми и одноразовыми - что и обессмыслило процесс починки. Часто дешевле новую купить, чем старую починить. И это я еще молчу про пакостничество производителей, всячески препятствующих невыгодному для них ремонту. Там, где раньше сажали деталь на болты, сейчас крепят намертво, исключая возможность замены. А нефиг ремонтировать, в убыток меня вводить. Бери новую, жадина.
Но я вообще не про вещи, а про изгибы женской логики. Известно же, что из всего произошедшего женщина сделает диаметрально неожиданный вывод, который мужчине в голову не придет примерно никогда. Я, в общем-то, после 35 лет счастливого брака к этому уже практически привык. Но все равно каждый раз вздрагиваю от этих зигзагов логики.
Вот и в этот раз: ворчал я, значится, бухтел, занимаясь анализом современности... А жена о чем-то своем задумалась и вдруг говорит: "Вот поэтому молодые и разводятся чуть не поголовно через полгода".
Я аж опешил. "Чего?!" - говорю.
- Того! - парировала она. - Как только ругаться при притирке друг к другу начинают (а это неизбежный этап любого брака) - так сразу в ЗАГС и бегут, заявление подавать. У них просто мышление по-другому сформировалось. Там, где у нашего поколения срабатывал алгоритм: "Исправить, починить, отремонтировать", у них сразу включается безапелляционное - "Заменить!".
Женщины мыслят, конечно, парадоксально, но иногда чертовски точно.
В. Нестеров
Люди практически совсем уже перестали вещи чинить. Нет, я не то, чтобы ворчу, я все понимаю. Что мир меняется, что вещи стали дешевыми и одноразовыми - что и обессмыслило процесс починки. Часто дешевле новую купить, чем старую починить. И это я еще молчу про пакостничество производителей, всячески препятствующих невыгодному для них ремонту. Там, где раньше сажали деталь на болты, сейчас крепят намертво, исключая возможность замены. А нефиг ремонтировать, в убыток меня вводить. Бери новую, жадина.
Но я вообще не про вещи, а про изгибы женской логики. Известно же, что из всего произошедшего женщина сделает диаметрально неожиданный вывод, который мужчине в голову не придет примерно никогда. Я, в общем-то, после 35 лет счастливого брака к этому уже практически привык. Но все равно каждый раз вздрагиваю от этих зигзагов логики.
Вот и в этот раз: ворчал я, значится, бухтел, занимаясь анализом современности... А жена о чем-то своем задумалась и вдруг говорит: "Вот поэтому молодые и разводятся чуть не поголовно через полгода".
Я аж опешил. "Чего?!" - говорю.
- Того! - парировала она. - Как только ругаться при притирке друг к другу начинают (а это неизбежный этап любого брака) - так сразу в ЗАГС и бегут, заявление подавать. У них просто мышление по-другому сформировалось. Там, где у нашего поколения срабатывал алгоритм: "Исправить, починить, отремонтировать", у них сразу включается безапелляционное - "Заменить!".
Женщины мыслят, конечно, парадоксально, но иногда чертовски точно.
В. Нестеров
17.10.2024, Новые истории - основной выпуск
Думала, что лучше истории с цитатой из Довлатова в питерском метро ничего уже быть не может, но я ошибалась.
Напомню - лет десять назад вдоль эскалаторов повесили портреты Довлатова, подписанные словами: "Сочетание воды и камня порождает здесь особую, величественную атмосферу. В подобной обстановке трудно быть лентяем". Я, узрев это дело, с одной стороны, обрадовалась, а с другой, растерялась. Ну не мог Довлатов такую назидательную патетику завернуть. Дома первым делом кинулась к книжной полке. Оказалось, чиновники конфузливо отрезали продолжение фразы: "...но мне это удавалось".
А теперь в Москве появилась самопальная доска:
"В этом микрорайоне в отдельной трехкомнатной квартире проживал с семьей Пелевин Виктор Олегович, всемирно известный русский и советский писатель, лауреат 23 литературных премий, противник культуры потребления и автор цитаты: "Антирусский заговор, безусловно, существует".
Интересно, знают ли поклонники творчества Виктора Олеговича, что дальше следует: "...проблема только в том, что в нем участвует все взрослое население России".
Татьяна Мэй
Напомню - лет десять назад вдоль эскалаторов повесили портреты Довлатова, подписанные словами: "Сочетание воды и камня порождает здесь особую, величественную атмосферу. В подобной обстановке трудно быть лентяем". Я, узрев это дело, с одной стороны, обрадовалась, а с другой, растерялась. Ну не мог Довлатов такую назидательную патетику завернуть. Дома первым делом кинулась к книжной полке. Оказалось, чиновники конфузливо отрезали продолжение фразы: "...но мне это удавалось".
А теперь в Москве появилась самопальная доска:
"В этом микрорайоне в отдельной трехкомнатной квартире проживал с семьей Пелевин Виктор Олегович, всемирно известный русский и советский писатель, лауреат 23 литературных премий, противник культуры потребления и автор цитаты: "Антирусский заговор, безусловно, существует".
Интересно, знают ли поклонники творчества Виктора Олеговича, что дальше следует: "...проблема только в том, что в нем участвует все взрослое население России".
Татьяна Мэй
05.11.2025, Новые истории - основной выпуск
Приходит к тебе в студию такой весь из себя заказчик. Точнее говоря, подрядчик. Весь, разумеется, в брендах, с головы до ног. Достает из крокодилового портфельчика макбук самой последней марки, рядом по обе стороны кладет два, а то и три айфона, тоже распоследние, и сложив над этой выставкой гаджетов руки, украшенные золотым "Ролексом", начинает выторговывать копейки.
Торгуется не рыночно (типа "эту работу я могу дешевле заказать") - а скорее эмоционально. Заглядывая в лицо своими честными глазами и проникновенно говоря, что эта работа (речь идет о дизайне помещения) им очень, ну просто очень нужна, но вот ведь какая досада и неловкость, проблема и незадача - денег у них именно сейчас очень, ну просто очень мало....
Помню, дело было в самом начале нулевых, делали мы к Новому году оформление одного бутика. Бутик предметов самой что ни на есть роскоши, и располагался он в самом что ни на есть престижном месте в центре столицы, два шага от Красной площади.
Сделали им новогоднюю праздничную декорацию. Гирлянды, плафоны, экраны. И остались они нам должны что-то около трехсот тысяч рэ. То есть половину от суммы заказа.
И вот тридцатое декабря, время полдень, а в три часа - открытие. Презентация, банкет-фуршет. Ожидаются всякие суперские гости, випы со своими випихами.
Мы приезжаем на последнее тестирование. Нас четверо. Четыре стремяночки привезли, поставили, забрались, проверили включение. Все мигает, все сияет, все поет.
Заказчики аплодируют.
Я говорю:
- Ну как, все хорошо?
Они:
- Все отлично! Спасибо!
Я говорю:
- Давайте рассчитаемся, раз всё отлично. С вас триста тысяч рэ, ну или десять штук баксов, если вам так будет удобнее.
Они прост взвыли:
- Ребята! Совесть имейте! У нас вообще ни копья! Шаром покати! Конец года! Налоги! Откаты! Вот к концу января наторгуем, и отдадим! Честное слово! Даже больше отдадим! С процентами за просрочку!
А у меня в руках кусачки.
Я - раз - и перекусываю провод. Четверть всего - гаснет и умолкает. Говорю своим:
- Парни! Если через три минуты не будет бабок, крушим всю эту шарманку.
Ребята тоже достают кусачки, накладывают их на провода.
- Стоп!!! - орет заказчик. - Не надо! Сейчас... Сейчас...
Дрожащими руками достает из кармана "котлету" ($10.000) в банковской упаковке - протягивает мне.
Я говорю одному из своих:
- Прими, пересчитай. Потом выходи, садись в машину и езжай.
А остальные держат кусачки на проводах.
Принял, пересчитал. Сел в машину, уехал.
Тут я снова соединил и заизолировал перекушенные провода, еще раз оттестировал систему...
На том и распрощались с заказчиками.
Друзьями распрощались, что характерно. Ручкались и обнимались.
Мораль такая, мораль простая: с ними по-хорошему нельзя.
Торгуется не рыночно (типа "эту работу я могу дешевле заказать") - а скорее эмоционально. Заглядывая в лицо своими честными глазами и проникновенно говоря, что эта работа (речь идет о дизайне помещения) им очень, ну просто очень нужна, но вот ведь какая досада и неловкость, проблема и незадача - денег у них именно сейчас очень, ну просто очень мало....
Помню, дело было в самом начале нулевых, делали мы к Новому году оформление одного бутика. Бутик предметов самой что ни на есть роскоши, и располагался он в самом что ни на есть престижном месте в центре столицы, два шага от Красной площади.
Сделали им новогоднюю праздничную декорацию. Гирлянды, плафоны, экраны. И остались они нам должны что-то около трехсот тысяч рэ. То есть половину от суммы заказа.
И вот тридцатое декабря, время полдень, а в три часа - открытие. Презентация, банкет-фуршет. Ожидаются всякие суперские гости, випы со своими випихами.
Мы приезжаем на последнее тестирование. Нас четверо. Четыре стремяночки привезли, поставили, забрались, проверили включение. Все мигает, все сияет, все поет.
Заказчики аплодируют.
Я говорю:
- Ну как, все хорошо?
Они:
- Все отлично! Спасибо!
Я говорю:
- Давайте рассчитаемся, раз всё отлично. С вас триста тысяч рэ, ну или десять штук баксов, если вам так будет удобнее.
Они прост взвыли:
- Ребята! Совесть имейте! У нас вообще ни копья! Шаром покати! Конец года! Налоги! Откаты! Вот к концу января наторгуем, и отдадим! Честное слово! Даже больше отдадим! С процентами за просрочку!
А у меня в руках кусачки.
Я - раз - и перекусываю провод. Четверть всего - гаснет и умолкает. Говорю своим:
- Парни! Если через три минуты не будет бабок, крушим всю эту шарманку.
Ребята тоже достают кусачки, накладывают их на провода.
- Стоп!!! - орет заказчик. - Не надо! Сейчас... Сейчас...
Дрожащими руками достает из кармана "котлету" ($10.000) в банковской упаковке - протягивает мне.
Я говорю одному из своих:
- Прими, пересчитай. Потом выходи, садись в машину и езжай.
А остальные держат кусачки на проводах.
Принял, пересчитал. Сел в машину, уехал.
Тут я снова соединил и заизолировал перекушенные провода, еще раз оттестировал систему...
На том и распрощались с заказчиками.
Друзьями распрощались, что характерно. Ручкались и обнимались.
Мораль такая, мораль простая: с ними по-хорошему нельзя.
20.01.2024, Новые истории - основной выпуск
Через пару лет после окончания ВГИКа мне предложили халтуру, ездить от Бюро Кинопропаганды по стране, показывать новые фильмы и выступать после сеанса. Мы, бывшие студенты, собрали группу из трезвых и более-менее популярных артистов, расписались за копию нового фильма и поехали в глушь. Раздолбанный автобус возил нас по райцентрам, деревням, рабочим поселкам. Фильм нам всучили средний. Я не откажу себе в удовольствии пересказать сюжет.
Итак, некая хорошая девушка полюбила хорошего парня. Но парень встретил на танцах плохую девушку (всех неважных девиц в советском кино звали либо Марта, либо Ева, эту звали Марта). Решил парень на Марте жениться. Свадьбу порядком изгадила хорошая девушка, которая на своем грузовике (она работала шофером) проехала мимо новобрачных и обдала их с ног до головы грязью из, не высыхавшей ни в какую жару, лужи. Однако, они отмылись и зажили семьей. Марта любила деньги и заставляла мужа пилить и валить деревья круглые сутки, а сама дома радостно складывала стольники в тумбочку. Однажды, хороший парень от усталости не туда повалили очередную сосну и был ею придавлен. Ноги его отнялись. Ясное дело, что плохая Марта с парализованным мужем жить не захотела и сбежала. Бедняга совсем скис. Но тут на своем грузовике примчалась хорошая девушка и начала яростно ухаживать за любимым человеком. Она заставляла его, лежа, сколачивать табуретки и он вскоре поверил в себя. Потом один хороший милиционер подарил герою инвалидную коляску. В рекламе к фильму было написано, цитирую дословно «Героиня своей любовью разработала герою нужные группы мышц.» Не буду вас томить – финальная сцена. Хорошая героиня везет героя на инвалидном кресле к реке. Вдруг ей становится плохо. Герой вспоминает про вчерашние грибочки, но героиня заявляет, что тошнит ее не от грибов, а от того, что она ждет их общего ребенка. И тут…Герой от чувств поднялся и пошел. Конец.
Мы приехали в первый пункт поездки, в рабочий поселок городского типа. Народу в клуб набилось очень много. Мы договорились, что как только фильм кончится, мы все выйдем на сцену и начнем рассказывать всякие байки, чтобы зрители побыстрее забыли этот кошмарный фильм. Так и поступили. Только в зале зажегся свет, мы вышли и уселись за стол с микрофоном. И тут я увидела, что почти у всех людей, сидящих в зале, заплаканы лица. Известный актер, для затравки, рассказал смешной и вполне приличный анекдот. Зал глухо молчал. Молодой режиссер принялся делиться своими впечатлениями от недавней поездки на зарубежный кинофестиваль. Опять никакой реакции. Тогда я спросила: «А может у вас есть к нам вопросы?» Тут же немолодая женщина, всхлипнув, спросила: «А ребеночек у них нормальный родился? Все ж таки от больного отца.» Зал замер в ожидании ответа. Актер, к нашему удивлению, поднялся из-за стола и практически отрапортовал: «Ребенок родился здоровым и развивается отлично!» В зале послышался вздох облегчения. Вытянула руку молодая девушка и негромко спросила: «А где он работать-то станет? Деревья валить ему, наверное, уже нельзя? Или они на ее зарплату жить будут?» На этот вопрос взялся отвечать мой однокурсник-сценарист: «Герой не позволит себе жить за счет женщины. Он пойдет на курсы столяров и поступит на мебельную фабрику». Кто-то из зала уточнил: «Пойдет или уже пошел?» Мы замялись и актер, подумав, сказал скорее нам, чем залу: «Уже устроился. Ребенок-то уже родился и значит он уже устроился. Все логично.» Я робко сказала залу: «Это же фильм… Вымысел.» Не дослушав меня, привстал не очень трезвый мужчина: «Мне непонятно, чего все гуртом ополчились против Марты? Она молодая, красивая, ей мужик каждую ночь был нужен, а муж слег. Куда ей было деваться? Налево шастать? Она честно поступила и ушла от инвалида. А вот почему он, без расписки шоферке ребенка заделал?» Зал заволновался, зашумел.
Вскочила бойкая бабенка и закричала: «Как он вообще изловчился ее чпокнуть?! Ну как?! Боком что ли? Если у него ноги были, как тряпки?!» Зал принялся стыдить ее за непристойные речи, но она отбивалась: «Мне не ясно! Надо было все как следует в фильме показать, чтобы вопросы ненужные не возникали.» Зал разделился на группы, одни утверждали, что герой сделал ребенка героине боком, другие, что обычным способом, только под спину подушку подложил, а третьи гневались, что такие бесстыдные дела в клубе обсуждать нельзя. Тот, который поддерживал Марту снова подал голос: «Можно мне ее адрес, в смысле адрес Марты? Я с ней переписываться хочу. Она же свободная.» Зал взвыл от негодования и любителя Марты чуть не вынесли из зала.
Ночью мы на автобусе ехали в другой поселок. Актер сказал, глядя в черное окно: «Какой у нас зритель… Какие же мы сволочи, что для таких чистых людей фуфло снимаем.» А мой однокурсник заметил: «И ведь никому не пришло в голову, что она не от инвалида забеременела, а от милиционера. Правда святые люди.»
Вот так же они сейчас и телевизор смотрят...
Ganna Oganesyan
Итак, некая хорошая девушка полюбила хорошего парня. Но парень встретил на танцах плохую девушку (всех неважных девиц в советском кино звали либо Марта, либо Ева, эту звали Марта). Решил парень на Марте жениться. Свадьбу порядком изгадила хорошая девушка, которая на своем грузовике (она работала шофером) проехала мимо новобрачных и обдала их с ног до головы грязью из, не высыхавшей ни в какую жару, лужи. Однако, они отмылись и зажили семьей. Марта любила деньги и заставляла мужа пилить и валить деревья круглые сутки, а сама дома радостно складывала стольники в тумбочку. Однажды, хороший парень от усталости не туда повалили очередную сосну и был ею придавлен. Ноги его отнялись. Ясное дело, что плохая Марта с парализованным мужем жить не захотела и сбежала. Бедняга совсем скис. Но тут на своем грузовике примчалась хорошая девушка и начала яростно ухаживать за любимым человеком. Она заставляла его, лежа, сколачивать табуретки и он вскоре поверил в себя. Потом один хороший милиционер подарил герою инвалидную коляску. В рекламе к фильму было написано, цитирую дословно «Героиня своей любовью разработала герою нужные группы мышц.» Не буду вас томить – финальная сцена. Хорошая героиня везет героя на инвалидном кресле к реке. Вдруг ей становится плохо. Герой вспоминает про вчерашние грибочки, но героиня заявляет, что тошнит ее не от грибов, а от того, что она ждет их общего ребенка. И тут…Герой от чувств поднялся и пошел. Конец.
Мы приехали в первый пункт поездки, в рабочий поселок городского типа. Народу в клуб набилось очень много. Мы договорились, что как только фильм кончится, мы все выйдем на сцену и начнем рассказывать всякие байки, чтобы зрители побыстрее забыли этот кошмарный фильм. Так и поступили. Только в зале зажегся свет, мы вышли и уселись за стол с микрофоном. И тут я увидела, что почти у всех людей, сидящих в зале, заплаканы лица. Известный актер, для затравки, рассказал смешной и вполне приличный анекдот. Зал глухо молчал. Молодой режиссер принялся делиться своими впечатлениями от недавней поездки на зарубежный кинофестиваль. Опять никакой реакции. Тогда я спросила: «А может у вас есть к нам вопросы?» Тут же немолодая женщина, всхлипнув, спросила: «А ребеночек у них нормальный родился? Все ж таки от больного отца.» Зал замер в ожидании ответа. Актер, к нашему удивлению, поднялся из-за стола и практически отрапортовал: «Ребенок родился здоровым и развивается отлично!» В зале послышался вздох облегчения. Вытянула руку молодая девушка и негромко спросила: «А где он работать-то станет? Деревья валить ему, наверное, уже нельзя? Или они на ее зарплату жить будут?» На этот вопрос взялся отвечать мой однокурсник-сценарист: «Герой не позволит себе жить за счет женщины. Он пойдет на курсы столяров и поступит на мебельную фабрику». Кто-то из зала уточнил: «Пойдет или уже пошел?» Мы замялись и актер, подумав, сказал скорее нам, чем залу: «Уже устроился. Ребенок-то уже родился и значит он уже устроился. Все логично.» Я робко сказала залу: «Это же фильм… Вымысел.» Не дослушав меня, привстал не очень трезвый мужчина: «Мне непонятно, чего все гуртом ополчились против Марты? Она молодая, красивая, ей мужик каждую ночь был нужен, а муж слег. Куда ей было деваться? Налево шастать? Она честно поступила и ушла от инвалида. А вот почему он, без расписки шоферке ребенка заделал?» Зал заволновался, зашумел.
Вскочила бойкая бабенка и закричала: «Как он вообще изловчился ее чпокнуть?! Ну как?! Боком что ли? Если у него ноги были, как тряпки?!» Зал принялся стыдить ее за непристойные речи, но она отбивалась: «Мне не ясно! Надо было все как следует в фильме показать, чтобы вопросы ненужные не возникали.» Зал разделился на группы, одни утверждали, что герой сделал ребенка героине боком, другие, что обычным способом, только под спину подушку подложил, а третьи гневались, что такие бесстыдные дела в клубе обсуждать нельзя. Тот, который поддерживал Марту снова подал голос: «Можно мне ее адрес, в смысле адрес Марты? Я с ней переписываться хочу. Она же свободная.» Зал взвыл от негодования и любителя Марты чуть не вынесли из зала.
Ночью мы на автобусе ехали в другой поселок. Актер сказал, глядя в черное окно: «Какой у нас зритель… Какие же мы сволочи, что для таких чистых людей фуфло снимаем.» А мой однокурсник заметил: «И ведь никому не пришло в голову, что она не от инвалида забеременела, а от милиционера. Правда святые люди.»
Вот так же они сейчас и телевизор смотрят...
Ganna Oganesyan
15.12.2024, Новые истории - основной выпуск
Жил пару месяцев осенью в Праге в 14 году. Рядом был Бржевновский монастырь, по-чешски "клаштер". Место старинное, барочное, пересеченное, резкие перепады деревьев, камней, гротов и троп. Пруд с ивами, часы на колокольне бьют время. Монастырь действующий, живут монахи-бенедектинцы.
Часто по вечерам ходил в сады, заросли, каменные отвалы, кладка выкрошенных стен оплетена черным плющом.
Завел себе любимую скамейку в монастырском саду, пару раз на ней даже спал, хорошо, никто не трогает. Как-то раз на закате пошел в сады гулять. Иду, зарево в кронах деревьев алое, ветреное, завтра дождь обещали. За спиной окликнули. Обернулся и увидел, что за мной бежит фигура в балахоне с косой за плечом. Весело так:
- Пан! Стойте!
Маленькая такая смерть с косой, шустрая, семенит, балахон поддернула и ноги под подолом туп-туп-туп.
Остановился, присмотрелся, думаю, какой я, такая и смерть мне положена - одного со мной мелкого роста, толстенький с лысиной, симпатичный, похож на молодого Калягина в роли Чичикова.
Смерть с косой добежал до меня, запыхавшись и заговорил. Язык я разумел плохо, но сообразил, что он говорит, когда с извинениями попросил повторить. Как собака, вечно понимаю музыку языка, а первые слова, которые выучиваю это "спасибо" и "извините". Ну и еще бессмертное "как пройти в туалет".
Меня догнал монах-садовник, который косил траву. Он просто предложил мне вишни. В монастырском саду Бржевнова созрели вишни и уже падали их срочно было надо собрать, потому что скоро будет муниципальная обработка ядом от насекомых и ягоды пропадут, поэтому они всем их бесплатно раздают.
Я пошел с монахом и он дал мне лестницу и мятый пакет из Биллы, мы долго собирали вишни, за стеной громыхал любимый мой двадцать второй трамвай и уже зажгли фонари.
Слаще тех перезрелых монастырских вишен не ел в жизни ничего.
Потом мы попрощались, я и человек с косой на плече.
Nomen Nescio
Часто по вечерам ходил в сады, заросли, каменные отвалы, кладка выкрошенных стен оплетена черным плющом.
Завел себе любимую скамейку в монастырском саду, пару раз на ней даже спал, хорошо, никто не трогает. Как-то раз на закате пошел в сады гулять. Иду, зарево в кронах деревьев алое, ветреное, завтра дождь обещали. За спиной окликнули. Обернулся и увидел, что за мной бежит фигура в балахоне с косой за плечом. Весело так:
- Пан! Стойте!
Маленькая такая смерть с косой, шустрая, семенит, балахон поддернула и ноги под подолом туп-туп-туп.
Остановился, присмотрелся, думаю, какой я, такая и смерть мне положена - одного со мной мелкого роста, толстенький с лысиной, симпатичный, похож на молодого Калягина в роли Чичикова.
Смерть с косой добежал до меня, запыхавшись и заговорил. Язык я разумел плохо, но сообразил, что он говорит, когда с извинениями попросил повторить. Как собака, вечно понимаю музыку языка, а первые слова, которые выучиваю это "спасибо" и "извините". Ну и еще бессмертное "как пройти в туалет".
Меня догнал монах-садовник, который косил траву. Он просто предложил мне вишни. В монастырском саду Бржевнова созрели вишни и уже падали их срочно было надо собрать, потому что скоро будет муниципальная обработка ядом от насекомых и ягоды пропадут, поэтому они всем их бесплатно раздают.
Я пошел с монахом и он дал мне лестницу и мятый пакет из Биллы, мы долго собирали вишни, за стеной громыхал любимый мой двадцать второй трамвай и уже зажгли фонари.
Слаще тех перезрелых монастырских вишен не ел в жизни ничего.
Потом мы попрощались, я и человек с косой на плече.
Nomen Nescio
07.01.2026, Новые истории - основной выпуск
Два года назад делали ремонт с мамой в квартире. И по этому случаю в 8 вечера к нам пришел установщик дверей. Ну тут и началось. Пришла соседская бабка и устроила скандал, что мы ей не даем спать и вообще, она сейчас милицию вызовет. Никакие объяснения не действовали и, когда бабка начала откровенно хамить, закрыли перед ней двери.
Часа через полтора к нам позвонил в домофон лейтенант. Естественно, уже никто не шумел. Все спокойно обсудили, написали все бумажки нужные и отправили его с Богом. Через 20 минут прихожу на кухню и вижу автомат. Зову мать. Сначала ступор. Потом начинаем ржать.
Тут возникает вопрос. А что делать-то? Если позвонить в отдел - лейтенанта уволят в лучшем случае. Никаких данных он не оставил. Где искать - неизвестно. Сам он за автоматом не возвращается.
Короче говоря, позвонили мы в отдел и сказали, что нам очень понравился лейтенант и мы непрочь с ним еще раз увидеться) Прилетел через 10 минут. Рассыпался в благодарностях, чуть ли не плача. Спрашивал, что мы сказали по телефону, когда звонили в отдел. Обменявшись любезностями, мы выпроводили его и автомат. Через неделю приехал и вручил бутылку шампанского и конфеты.
Мораль? Нет никакой морали. Упустили оказию застрелить бабку.
Kolchugina
Часа через полтора к нам позвонил в домофон лейтенант. Естественно, уже никто не шумел. Все спокойно обсудили, написали все бумажки нужные и отправили его с Богом. Через 20 минут прихожу на кухню и вижу автомат. Зову мать. Сначала ступор. Потом начинаем ржать.
Тут возникает вопрос. А что делать-то? Если позвонить в отдел - лейтенанта уволят в лучшем случае. Никаких данных он не оставил. Где искать - неизвестно. Сам он за автоматом не возвращается.
Короче говоря, позвонили мы в отдел и сказали, что нам очень понравился лейтенант и мы непрочь с ним еще раз увидеться) Прилетел через 10 минут. Рассыпался в благодарностях, чуть ли не плача. Спрашивал, что мы сказали по телефону, когда звонили в отдел. Обменявшись любезностями, мы выпроводили его и автомат. Через неделю приехал и вручил бутылку шампанского и конфеты.
Мораль? Нет никакой морали. Упустили оказию застрелить бабку.
Kolchugina
16.06.2024, Новые истории - основной выпуск
Мне везло на хороших людей.
Приехал в США по рабочей визе, давно. Первый работодатель, американец Лэрри, знакомый ещё по Москве, был нормальным компанейским мужиком. В Штатах однако выяснилось, что по ряду объективных причин его фирма сделать мне гринкарту не может. Поэтому мы с ним через пару лет договорились, что я "пускаюсь в свободное плаванье", ухожу, но визу на весь срок действия он мне не закроет.
Отучился в Кремниевой Долине на совершенно новую для меня ай-тишную специальность, поднабрался там же навыков, как вести себя на интервью. Однако встал вопрос о рекомендациях с прошлой работы. Тем более, что в резюме моём (составлял его русский владелец IT-школы) всё было "по понятиям", дескать опыт у меня в этой специальности есть, и неплохой. На мой недоумённый вопрос, как же я этот опыт подтверждать буду, владелец школы ответил: "Не дрейфь. Тебе главное, чтобы взяли. Раньше чем через 2 месяца в ай-ти не увольняют, а за 2 месяца постарайся себя проявить". Но рекомендации, брат, ищи, на них-таки в процессе приёма внимание обращают. И лучше, чтобы это был настоящий американец. Что делать, отправил резюме с просьбой о рекомендациях первому работодателю, Лэрри, и получил ответ: "С ума сошёл?! Я и слов-то таких не выговорю! А шпаргалки нет?" С этим обратился опять к владельцу школы, и он, удовлетворённо хмыкнув, немедленно набросал, что надо говорить. Лэрри, получив от меня это, сказал: "Совсем другое дело, пусть звонят". После очередного интервью в Санта-Крузе, Калифорния у меня-таки попросили рекомендаций, и я им дал телефон Лэрри. Через пару дней он мне сам позвонил и сказал: "Был хороший разговор с твоим будущим менеджером. Сказал ей всё по писанному. Ты им понравился, похоже тебя возьмут".
И взяли. Зарплату положили такую, я и мечтать не мог. И работа оказалась сравнительно не сложной. Полученных в школе знаний, плюс предшествующего опыта в другой специальности вполне хватало. Главное же, что атмосфера в фирме (совсем небольшой, 24 человека, это был лишь филиал основной кампании, расположенной в Бостоне) была не просто дружественной, а прямо-таки родственной. Шутки, совместные пикники и т.д. Шёл на работу, как на праздник. Но недолго музыка играла. Прошло полтора месяца и весь хай-тек в Штатах повалился, как карточный домик. Произошёл знаменитый dot com crash 2000-го года. Фирмы по стране закрывались тысячами, лопнул т.н. "венчурный пузырь". Не обошла беда и нас. Всех созвали в кабинет к боссу филиала Дэвиду, и вице-президент кампании из Бостона стал рассказывать, что они приложат все усилия, чтобы остаться на плаву, и прочую сопутствующую хрень. А пока, дескать, работайте, и ни о чём не волнуйтесь.
К вечеру уже меня одного вызвали всё к тому же Дэвиду. Где я услышал такое, от чего у меня отвисла челюсть. Дословно было сказано:
"Майкл, из работающих 24-х человек половину я должен уволить к концу недели, оставшиеся 12 будут работать ещё только 4 месяца, будем готовить офис к закрытию. Потом и эти 12, включая меня, будут уволены. Тебя взяли на работу последним, по идее тебя и уволить должны первым. Но догадываюсь о твоих визовых проблемах. Поэтому уйдёшь вместе с нами, через 4 месяца. Теперь основное. Каждый день из оставшихся ты приходишь на работу, садишься к компу, и начинаешь рассылать свои резюме. Твоя обязанность - найти себе новую работу. Что здесь по работе тебе надо делать, это - вторично, твоего менеджера я предупредил. Ты меня понял?"
Конкуренция была жуткой, тысячи людей оказались на улице. Причём без моих проблем с трансфером визы. За 4 месяца разослал более 2-х тысяч резюме. За день до закрытия офиса-таки получил оффер. С другого конца страны.
Дэвид ведь вообще меня не знал, но поступил таким образом.
Этих Лэрри и Дэвида вовек не забуду…
Michael Sapozhnikov
Приехал в США по рабочей визе, давно. Первый работодатель, американец Лэрри, знакомый ещё по Москве, был нормальным компанейским мужиком. В Штатах однако выяснилось, что по ряду объективных причин его фирма сделать мне гринкарту не может. Поэтому мы с ним через пару лет договорились, что я "пускаюсь в свободное плаванье", ухожу, но визу на весь срок действия он мне не закроет.
Отучился в Кремниевой Долине на совершенно новую для меня ай-тишную специальность, поднабрался там же навыков, как вести себя на интервью. Однако встал вопрос о рекомендациях с прошлой работы. Тем более, что в резюме моём (составлял его русский владелец IT-школы) всё было "по понятиям", дескать опыт у меня в этой специальности есть, и неплохой. На мой недоумённый вопрос, как же я этот опыт подтверждать буду, владелец школы ответил: "Не дрейфь. Тебе главное, чтобы взяли. Раньше чем через 2 месяца в ай-ти не увольняют, а за 2 месяца постарайся себя проявить". Но рекомендации, брат, ищи, на них-таки в процессе приёма внимание обращают. И лучше, чтобы это был настоящий американец. Что делать, отправил резюме с просьбой о рекомендациях первому работодателю, Лэрри, и получил ответ: "С ума сошёл?! Я и слов-то таких не выговорю! А шпаргалки нет?" С этим обратился опять к владельцу школы, и он, удовлетворённо хмыкнув, немедленно набросал, что надо говорить. Лэрри, получив от меня это, сказал: "Совсем другое дело, пусть звонят". После очередного интервью в Санта-Крузе, Калифорния у меня-таки попросили рекомендаций, и я им дал телефон Лэрри. Через пару дней он мне сам позвонил и сказал: "Был хороший разговор с твоим будущим менеджером. Сказал ей всё по писанному. Ты им понравился, похоже тебя возьмут".
И взяли. Зарплату положили такую, я и мечтать не мог. И работа оказалась сравнительно не сложной. Полученных в школе знаний, плюс предшествующего опыта в другой специальности вполне хватало. Главное же, что атмосфера в фирме (совсем небольшой, 24 человека, это был лишь филиал основной кампании, расположенной в Бостоне) была не просто дружественной, а прямо-таки родственной. Шутки, совместные пикники и т.д. Шёл на работу, как на праздник. Но недолго музыка играла. Прошло полтора месяца и весь хай-тек в Штатах повалился, как карточный домик. Произошёл знаменитый dot com crash 2000-го года. Фирмы по стране закрывались тысячами, лопнул т.н. "венчурный пузырь". Не обошла беда и нас. Всех созвали в кабинет к боссу филиала Дэвиду, и вице-президент кампании из Бостона стал рассказывать, что они приложат все усилия, чтобы остаться на плаву, и прочую сопутствующую хрень. А пока, дескать, работайте, и ни о чём не волнуйтесь.
К вечеру уже меня одного вызвали всё к тому же Дэвиду. Где я услышал такое, от чего у меня отвисла челюсть. Дословно было сказано:
"Майкл, из работающих 24-х человек половину я должен уволить к концу недели, оставшиеся 12 будут работать ещё только 4 месяца, будем готовить офис к закрытию. Потом и эти 12, включая меня, будут уволены. Тебя взяли на работу последним, по идее тебя и уволить должны первым. Но догадываюсь о твоих визовых проблемах. Поэтому уйдёшь вместе с нами, через 4 месяца. Теперь основное. Каждый день из оставшихся ты приходишь на работу, садишься к компу, и начинаешь рассылать свои резюме. Твоя обязанность - найти себе новую работу. Что здесь по работе тебе надо делать, это - вторично, твоего менеджера я предупредил. Ты меня понял?"
Конкуренция была жуткой, тысячи людей оказались на улице. Причём без моих проблем с трансфером визы. За 4 месяца разослал более 2-х тысяч резюме. За день до закрытия офиса-таки получил оффер. С другого конца страны.
Дэвид ведь вообще меня не знал, но поступил таким образом.
Этих Лэрри и Дэвида вовек не забуду…
Michael Sapozhnikov
Ingrid Lovera (672)